Онлайн книга «За будущее!»
|
*Это типа «джин», только по-узбекски. — Ну и как, были сказки? — Сперва был, много. Детям нравился. Мне тоже нравился, хорошо говорил. А потом… — султан посопел. — Заболел, что ли? Мало говорить стал. Плохо ел. Лежит. Я вздохнула и объяснила, что… в общем, речь вышла довольно долгой, а суть: лепреконы в неволе не живут. По всему выходило, что сидит дедуля в птичьей клетке, в большую форму не выходил уже минимум четыре месяца и она, эта форма, фактически умирает от истощения. Так же как и звериная. Оставшаяся маленькая не вывозит за троих. В эти подробности я вдаваться не стала, незачем секретную инфу за так раздавать. Некоторое время мы молчали. Кэйли кусала губы. Сулейман насупился: — Получается — отпустить надо, так? — он посмотрел на меня исподлобья. — Нельзя так сделать. Плохо. Люди скажут: слабый стал, мягкий, разнежился. Скажут: надо другой Сулейман, новый — понимаешь? Я покивала: — Ещё бы не понять. Прекрасно понимаю. И поэтому предлагаю не отпускать, — лепреконы выпучили свои зелёные глазищи и вытянулись струнками. — Предлагаю выгодно продать. Отличный ход — продать задохлика богатой чудачке. Баш на баш. А я в обмен чудную вещь предложу. Представительского класса, можно сказать. Господин Каримов покряхтел — уж очень, видать, не хотелось ему уступать свою диковиную игрушку, но, наконец, любопытство слегка перевесило. Он посмотрел на меня искоса и подозрительно спросил: — Что дашь за него? — Дивный кораблик. Абрам, покажи. Абрам открыл портал — но не на палубу, а в некотором отдалении от нашей золочёной баржи́, так, чтобы обеспечить общий вид. С палубы нас заметили, помахали. Да уж, вот на кого рассчитаны все эти золотые венки и блямбы. Господин Каримов выпятил губы, явно уже примеряя на себя этот титаник. — Хорош? — спросила я. Султан сразу перестал пускать слюни, сделался суров и неприступен, но тут я достала козырь из рукава: — А бонусом мы твоим ребятишкам покажем целый сеанс мультиков. И про Простоквашино в том числе. Короче, сговорились мы: махнули дедулю на кораблик. А пока Коле разворачивал перед восхищённым султанским семейством (во главе с самим Сулейманом, естессно) свою мультипликационную панораму, ко мне с поклонами подошёл тот худоватый визирь: — Госпожа баронесса! Супруга Сулеймана Великолепного, сиятельная Тигирим, просила передать вам приглашение в её покои. Не могли бы вы уделить толику своего внимания для возвышенной беседы? ВСЕ В САД! — А почему она не здесь? Визирь помялся: — У нас… так не принято. Ага. — Я так понимаю, нужно пройти на женскую половину? — Всё верно. — Это неприемлемо, — ответил из-за моей спины Тиредор. — Так не принято у нас. Естественно, его же туда не пустят. Да и вообще никого из парней не пустят. — Вы слышали? — развела я руками. — Попробуйте найти вариант, приемлемый для всех, иначе я ничем не смогу вам помочь. Визирь метнулся к султану, который уже смотрел на разворачивающееся мультипликационное действо, разинув рот, и только замахал руками… В итоге нас пригласили в сад. В специальный внутренний сад дворца, где широкое кольцо моей личной охраны ни у кого не вызвало внутренних противоречий. У фонтана сидела полноватая женщина в очень закрытом (и о-о-очень дорогом) шёлковом платье, наблюдала за рыбками, играющими в воде. Увидела меня, поднялась навстречу, улыбаясь. Спросила едва слышно: |