Книга 95-й. Сны о будущем прошлом, страница 141 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Ну так вот, не смотря на то, что мой новый штат оральщиков гулял с матюгальником в три раза усерднее, чем я в декабре, по уровню выручки нам с папой едва удалось выгрести на сентябрьский, и то, по-моему, каким-то чудом.

Мне лично еле как хватило на танцевальные зеркала да на хорошие колонки для будущего центра. Если бы папа маленько на жизнь не подкинул, впору было бы грустного слоника вспоминать. Почему не изображать? Да потому что для этого мужчиной надо быть. Выворачиваешь пустые карманы — и всё, ты — грустный слоник.

Когда я домой уже стиральную машинку куплю? Хотя, в принципе, я пока и в сумке могу стирать носить, так-то рядом. И даже сушить в зале удобно будет, места до фига, пару сушилок только надо поставить…

Ценники, между тем, потихоньку ползли вверх. Инфляция, мать её. Ткани все подорожали, потом ещё подорожали (и обещали, что подорожают ещё, поэтому я постаралась закупиться, сложила всё в пустующем пока помещении). Поразмыслила — и попросила Вовку в ближайший выходной перетащить мне туда же оверлок, а уж швейную машинку и коробки со всякими нитками я сама доволокла, не такая уж тяжесть. Хорошо, я старый обеденный стол бывших хозяев не выкинула, а просто ножки открутила и в туалет составила — пригодился! Зато теперь мама вместе со мной могла приходить шить. Удобно, и поболтать можно. А то сидишь в огромном зале один, как дурак, свой керосин гоняешь, а из всех шевелений — только собственное отражение в зеркале.

С этими производственными заморочками чуть не пропустила двадцать девятое! Принеслась в молодёжный отдел вся, панимаишь, в мыле. Кабинет сегодня был другой. Господина Беловестных я помню по прошлому будущему. Правда, издалека. Александр Фёдорыч потом ещё разочаруется в политике и в священники уйдёт. Но пока он вполне себе рулил. Принял меня нормально, без этих бабских закатываний глаз. Предложил ознакомиться с документами. Что???

— С какими документами? — вежливо поинтересовалась я.

— Это касается вашего историко-культурного клуба. Вы, кстати, название придумали? Нужно вписать.

Я быстро прокрутила варианты в голове.

— «Белый ворон», — он вопросительно посмотрел на меня поверх очков, но я решительно кивнула, — Да, «Белый ворон».

У меня и проект герба есть.

— Хорошо, так и запишем.

— И девиз: «Выше нас — только небо!»

Снова такой же взгляд… оценивающий, что ли?

— Хм… Ну, как скажете, — он пощёлкал на клавиатуре.

Продвинутый чувак! Компьютеры в девяносто шестом далеко не во всех кабинетах стояли. Резко затрещал принтер. А вот принтер у них матричный ещё. Ну да и ладно, хорошо хоть такой есть.

Александр Фёдорович поочерёдно заправлял в принтер листки. Проблема с подачей бумаги у них, что ли? Протянул распечатку мне:

— Читайте внимательно.

О, боги… Вот это то, что я делать не люблю. Ладно, тут хоть мелким шрифтом ничего нет. Спокойствие, только спокойствие. Сосредоточились.

Если продраться сквозь все бюрократические обороты, получалось, что лично я становлюсь учредителем историко-культурного клуба «Белый Ворон». Цели: любительская деятельность в области исторической реконструкции и театрализованных представлений, культурно-досуговая и просветительская (тоже деятельность, да), проведение массовых мероприятий и организация кружковой деятельности (опять деятельности, ну до чего же тяжеловесные конструкции, блин!) в указанных направлениях. За всё про всё клуб отвечает уставным капиталом в размере десяти тыщ рублёв. А-а-атлична!