Онлайн книга «95-й. Сны о будущем прошлом»
|
Но это ещё ничего. Оставалась хотя бы надежда. В тех линиях, что стали тёмными, надежды не осталось ни для кого. Третья мировая случилась, и там не было лучших и худших вариантов. Все худшие. Не нашла я там живых, одним словом. Может, где-то они и есть. После этих путешествий у меня случился недельный отходняк и такая депрессуха… После которой я начала собирать нужную информацию с утроенной силой. Ну не может же быть, что на этом — всё? Кто-то же должен выжить? Кто-то же должен… ЛЕЧЬ ДА ПОМЕРЕТЬ? И если вы думаете, что всё прочее было заброшено — ошибаетесь! Что, натурально — лечь да помереть теперь? Да, по лезвию ходим. Но пока живём! И мне ещё более страстно хотелось жить счастливо. С удовольствием. Обе свои жизни! НАКАНУНЕ Чёт тянет меня к Тургеневским заголовкам. Мда. Итак, накануне грандиозного шухера. Фубля! Зачеркнуть! Накануне турнира! Накануне я, естественно, волновалась. Да и как не волноваться-то? Хотя, все предпосылки были в пользу того, что пройдёт мероприятие весьма неплохо. От того, прошлого слепка времени в этой реальности ещё много чего оставалось. Но качественно зачастую всё было сильно не так. Даже если вот эти два турнира взять да и сравнить. В тот раз он тоже был согласован, но внешне всё выглядело скорее как дичайшая самодеятельность. Если вкратце: в тот раз ролевиков пустили в Тальцы. На этом деятельность каких бы то ни было администраций практически закончилась. Такой шикарный вариант событий меня никак не устраивал, и поэтому дорогой наш комитет по борьбе с молодёжью в лице Александра Фёдоровича Беловестных, должно быть, стописят мильёнов раз пожалел о том, что с нами связался. Из самодеятельного, скажем так, конкурса означенное событие перерастало в нечто масштабное, куда лучше организованное (ну, хотя бы специально выделенные рейсы автобусов взять). Далее пошла аппаратура, навес над площадкой, трибуны, организация питания. А что? С города не убудет! Я знаю, сколько денег периодически на всякую фигню тратится, а у меня больше половины участников — бедные студенты. Так что кормёжку я выбила, и весьма приличную. Следующим неприятным пунктом, за который с дирекцией Тальцов мы прям бились — лоточники. Ничего не имею против продаж с лотков. Но скажите мне вот что: зачем людям ехать за сорок семь километров от Иркутска в музей деревянного зодчества, чтобы увидеть ровно тот же китайский ширпотреб, что и на Шанхайке*? *Рынок такой. Преимущественно хаотический. Да я его поминала, когда рассказывала про наш опыт уличной торговли! И почему эти их лотки не организованы как-то, а совершенно хаотически в самых неподходящих местах по всем Тальцам вылазят? Выглядело это душераздирающе и автоматически превращало музей в убогий филиал китайского рынка. Дирекция упиралась рогом. В этом месте их стремление возрождать русскую культуру с треском давала слабину. Это всегда так было, и в прежней версии событий тоже. Мы тогда пытались с ассоциацией народного творчества и художественных ремёсел «Оникс» на площадку музея пробиться. Бесполезняк! Мастера оказались не столь платежеспособны, как мешочники. В этот раз, немного попрепиравшись, я решила, что пора и какие-то небольшие бонусы от высоких связей получать — и позвонила по заветному телефону. Трубку взял суровый дяденька, сразу спросивший: |