Книга В пираты по объявлению, или Это маркетинг, детка!, страница 39 – Евгений Синтезов, Виктор Стогнев

Сказано – сделано, в мастерской на верстаке всё уже было готово к моему приходу – справа стояли три ряда стаканов с водой, слева тарелка со стандартной пластиковой кашей для сравнения. Темой сегодняшней серии опытов стала заварная лапша. С формой и консистенцией разобрались быстро, немногим дольше подбирали вкусы, а вот на соусе крепко увязли. Это, вообще, отдельная обширная тема, даже раздел - «бульоны и супы». Кстати, неплохо бы выделить такие темы и привлечь к эксперименту добровольцев – что я действительно даром всех буду кормить?

Примерно через час нас прервал вызов Дирка, он приказным тоном велел вернуться в кают-компанию. Ещё одни командиры нашлись! Тоже мне старшие товарищи, сопляки немецкие, золотые, блин, молодёжцы. Хотя если прикинуть в световых годах, они действительно старшие, к тому же их четверо – вместе близнецы точно старше меня. Да, вообще, радоваться надо, что не Вог вызывает. Может, на лыжах покатаемся? Я почти в радостном предвкушении быстрым шагом вернулся в столовку. Примерно две трети помещения было скрыто непроницаемой пеленой, оттуда раздавались мужские и женские постанывания и кряхтение. Парни и девушки, ни на что не обращая внимание, поприветствовали меня, и Ганс велел мне раздеваться.

— Совсем что ли? – меня начала разбирать злость.

— Только до трусов, - не поняла вопроса Марта.

— Нет, вы что, совсем?

— Ага, мы уже, - буднично согласился Дирк, - а ты, снимай комбез, наденешь лыжник.

Я, вообще-то, сразу заметил, что они одеты иначе, чем обычно, в облегающие белоснежные костюмы с капюшонами. Такой же мне протянула Хелен. Я повертел его в руках – эта лёгонькая тряпка лыжник? Гм, впрочем, удивляться особенно нечему, гм, в летающей тарелке. Облачаюсь без дальнейших пререканий. Ткань сама мягко прилегла к телу, меня наполнило ощущение забытого с детства уюта.

— Лыжными костюмы называем только мы, - Дирк пустился в объяснения, - они скорей тренировочные. Это просто умная начинка наших полётных скафандров, её упрощённый аналог. Защиты нет никакой, из жизнеобеспечения только простейшая терморегуляция и псевдо-мускулатура.

— Мускулатура-то зачем? – я заинтересовался.

— Потом поймёшь. Сейчас послушай, зачем нам в них тренироваться, - продолжил Дирк.

— Чтоб лучше летать, конечно, - пожимаю плечами.

— Тогда взлетай, - сердито бросил Ганс.

— Как?

— Не знаю! – Ганс чем-то раздражён. – А ты что, не умеешь?

— Нет! – снова привычно чувствую себя идиотом.

— Тогда заткнись и слушай! – Дирк вернулся к объяснениям. Я кивнул.

— Понимаешь, какая штука, мы подолгу не видим своих машин и наш корабль…

— Скучаете? – непроизвольно вырвалось.

— Не особо, - улыбнулся Дирк. – Ведь мы нередко бываем в космосе. Просто в бою ты ничего не увидишь своими глазами. Это называется визуализацией. Ты как в компьютерной игре, где всё вокруг настоящее.

— А! – до меня начинает доходить.

— Угу. – Кивнул Дирк. – К этой штуке сразу не привыкнешь, лыжники помогают освоиться с визуализацией на привычных примерах. Это во-первых. А во-вторых, с их помощью мы нарабатываем и оттачиваем боевые навыки тоже на конкретных ситуациях.

— А сейчас мы полетаем? – мне уже не терпится.

— На лыжах покатаемся, - уже немного устало обрадовала меня Марта, - ты хоть немного умеешь?

— Умею, - мне снова становится понятным, что зря ждал подвоха. Здесь всё и без подначек, прямым текстом, способно войнать в ступор. Хорошо, что у меня подходящий психотип – по примеру ребят надеваю капюшон, натягиваю прямо до подбородка. Ткань мягко засветилась. Если верить картинке, я очутился на вершине заснеженного холма. Ага, в лыжи обутый, и одетый в настоящий яркий чёрно-жёлтый лыжный костюм. Ребята тоже были на лыжах, в костюмах, даже в защитных очках. Я повертел головой– изображение не отставало. Внезапно скосил глаза – всё, как в жизни. Но в тоже время всё это казалось ненастоящим, нарисованным.