Книга Контрольная, страница 92 – Виктор Стогнев

И никого не волнует, что он при этом думал, на что рассчитывал, как миленький выходил в плавочках – Ленка поставила условие – и при массовом скоплении возбуждённых дамочек в комбинезонах техников в зале дрался на сцене с другим парнем в плавках. Для кого утро, а для дамочек вполне может быть вечер, если живут и работают по ГАВ+15 или ГАВ+18.

Для Жеки мероприятие это являлось чем-то вроде продолжения утренней зарядки. Ничего особенного - один спарринг две минуты, всего лишь простоять это время, убивать никого не требовалось, потом улыбнуться публике и под восторженный визг гордо удалиться.

Для штурмовиков дело это было весьма прибыльное – проезд оплачивал Жека, Ленка за выступление в её баре платила по пять сотен – вот и посылал Мартин молодых десантников подзаработать. Ну и отправлял кого опытного, занимались с Жекиными курсантами по тренировке через два дня, даже сам командир космодесанта однажды заявился полюбоваться и поучаствовать в этом бля… э… благообразии.

Кстати, в утренние, по меркам приличного космического люда, часы бар посещали не только дамочки, но и парни, начинающие техники. В основном ими интересовались разгорячённые космонавтки, однако и между собой договаривались, вот и Жеке назначили свиданку у стойки, никто внимания не обратил. Он изложил представителю братства свои пожелания по обслуживанию машин. Парень кивнул и сказал, что скоро на Жекин коммуникатор придёт сообщение с номером счёта и суммой, а какие машины его, определят запросто. В общей куче сменные аппараты для тех пилотов, которым полагается место «в какой-нибудь машине», а личные борта или в полной аренде ставятся отдельно. Паренёк заодно посоветовал не оставлять постоянно своих «ос» в ангаре, дорого, да и не всегда братья смогут присмотреть. Лучше купить места на внешней охраняемой парковке у военных.

Жека, вообще-то, предпочитал общество Ленки, они после его выступления выпивали по стаканчику сока у стойки и делились планами на день. Только Лена частенько куда-то отлучалась по своим шпионским делам. Жека понимал, что глупо её ревновать к кому-то неведомому, как глупо ревновать Джона к Лиле, или Лилю и Лёлю к Ильясу, и – чем чёрт не шутит – их всех в отдельности к ним же, но взятым вместе. Пусть Ленка передавала от них всех приветы и поцелуйчики от девчонок – это она по делам только летала в Шармуз!

Вот и Жадина был того же мнения. Они каждое утро подолгу болтали, пока машинный разум имитировал, что Жека занимается со стажёрами. Жека всегда вежливо здоровался и спрашивал, как спалось. Терпеливо выслушивал жалобы и нытьё – не даром его собрата в Шармузе прозвали Занудой, это такая же общая черта данной расы, как и прижимистость.

Ещё цифровое сознание страдало цифровым обжорством – ему было мало данных с собственных сенсоров, потоку с новостных сайтов, потопу цифры от финансистов и техников – оно обожало сплетни и каждый раз с интересом слушало Жеку о том, кто, что, кому сказал, при ком, какие у них были лица, что он об этом думает, особенно, что могли думать остальные.

Вот Жадина считал, что Леночке не до глупостей – такая стерва, и столько он ей сливает специальных данных. Ну, в чём ещё можно подозревать американскую шпионку, кроме подготовки рейдерского захвата? Впрочем, не смотря на мнение Жадины и красноречивые факты, Жека Леночку не хотел подозревать даже в шпионаже.