Книга Quantum compita, страница 74 – Виктор Стогнев

Ладно, идём дальше. Вот полезет к нам вражина, получит из деревянных пушечек картечь сначала в рожу с фальшборта, потом у нас уже с того же фальшборта в спины и снова в рожи с мачт. И кого он увидит на палубе? Никого! Плюшевый, отличник боевой подготовки, с его же слов, припомнил наставления по оборудованию стрелковой ячейки в полевых условиях.

И не важно, что у нас не поле, а палуба, зато времени пока хватает. Выпиливаем в палубе люк, там доски не очень толстые, это я хорошо помню. Тогда с Захаром одним ножиком за трое суток справились, а сейчас и неясно, как «Бродяга» за одни всего сутки на плаву осталась – ножовка в руках подростка страшное оружие.

Если серьёзно расположили десяток люков в шахматном порядке, чтоб мимо было просто не пройти, особенно в пороховом дыму. Стрелкам приготовили по пять штурмовых пистолей – стрелять-то им предстоит почти в упор, в силуэты.

На обратных сторонах крышек люков приделали деревянные брустверы для удобной стрельбы из положения «сидя». Где сидя, спрашиваете? А в беседках, на лавочках с верёвками. Верёвки закрепили к скобам под палубой, а скамейки оттянули под отверстия люков верёвкой.

Рванут парни за верёвочки монок, отстреляются в силуэты, дёрнут за узелки и скроются под досками палубы, а люки не закроют – добро пожаловать в трюм, дорогие товарищи враги!

Спрашивается, как стрелки отличат чужие силуэты от своих, и как мы сами в люки не провалимся? Ну, во-первых, мы-то знаем, где ловушки, а главное – нас на палубе вообще не будет. Все бойцы SC атакуют противника с тылу и сверху – с рей, с верёвок.

Приёмчик много раз подсмотренный в кино, только наши мальчишки всерьёз готовятся к этому сценарию. Авангард поведём я и Плюшевый, а Лют, Черныш, Пушок и Стужа с сэром Сэнди, капитаном, с сэром Грегори, шкипером, с дедом Пашей и с дедом Колей должны будут изображать у кормовой надстройки отчаянное сопротивление.

Ужас, отчаянье, верная смерть? С какой стороны на это посмотреть. Если из каторжного трюма, то ничего особенного.

Ведь какая у нас заковыка – главная боевая наша сила почти детская. Сколь ни гоняй, ни мотивируй мальчишек, они подростки, практически дети, а нам едва ли встретятся враги того же возраста.

Ребёнок в каждом взрослом инстинктивно видит защитника, и подонки этим пользуются. Ещё для детей взрослые – значит сила. Пацаны при всей лихости – рабы инстинктов. Главный из них – самосохранения.

Мальчишки нападут и убьют, если их загонят в угол. Но задача-то именно не дать себя загнать – самим забить, запинать, втоптать врага в палубу!

Решение нашли так себе, но оно у нас было. В плане Стужи есть один пункт – задать крен тупым перемещением груза.

Неждан.

Как мне хотелось думать, что всё это игра! Что в трюме и, вообще, вокруг сплошные неписи! Но я слишком хорошо понимал, что это не так, неправда, главная причина – мне и Захару очень хочется жить! Даже если для этого нужно убивать! Даже хуже, чем просто убивать…

Вот я дурью от скуки маялся – книжки про фашистов читал! А они не знают ещё, в каком оказались историческом пролёте. Не вывезли войну, обделались, так теперь им и вовсе уродиться не судьба – опоздали малость, на два века всего. Но даже если угораздит их как-нибудь завестись в этой реальности, комплекс неполноценности «сверхлюдям» надёжно гарантирован. Чего там скромничать, реально стараемся!