Книга Quantum Mare, страница 62 – Виктор Стогнев

SC зверушка хищная, своенравная, на цепь не посадишь, и на потеху за бантиками она гоняться не станет. Акулёнку нашему ещё расти и расти– набираться сил, массу наедать, зубки отращивать, копить свирепость. «Д’Артанян» перестала полностью удовлетворять штрафным требованиям, слишком много чужих глаз.

Думаем, пора нам по уговору с Командором принимать корабли под команду. Начали с «Бродяги», решили, что с ней будет проще– корабль знакомый, многие нас там помнят. Вот хоть лейтенант Боу, аж жаль стало беднягу. Джима на «Бродягу» не загонишь, лейтенант приезжает на матчи, болеет за парня– ходит потерянный и уже не знает, зачем он здесь вообще.

Поговорили с ним, спросили, что он такое имел в виду, когда рассказывал о регулярных войсках– почему нам их никогда не победить? Боу объяснил всё на пальцах, как казаки когда-то, но с другой стороны. Вот мы всегда дерёмся за что-то или за кого-то– за свои корабли, за себя, за братцев, хоть и повторяем «никого не жалко», никого и ничего терять не собираемся.

А «регулярные» изначально потеряли всё, и дерутся они не за что-то, а потому что: приказ, присяга, так сложилось, некуда больше деться или ни на что другое не способны, в общем, никому неинтересно, почему именно. Не победить нам их по тем же причинам, по каким не заканчиваются в мире балбесы.

Плюшевый говорит. – Очень мило, у нас как раз есть немного в трюме «Бродяги». Не желаете ли заняться, господин лейтенант?

Боу замялся. – Наверное, с уголовниками не справлюсь, да и зачем это вам?

Мы честно признались, что никаких конкретных планов не вынашиваем. Собственную программу подготовки существенно менять не собираемся, нам, кстати, предстоит работать с морскими пехотинцами на «Забияке», так надо же будет куда-то направлять отсев– ну, не за борт же!

Долбодятлы есть и будут всегда, это неизбывная данность, вот мы очень просим господина лейтенанта ими заняться, и не просто так, а за Родину! Ради него и других джентльменов мы не станем даже сдирать с «Бродяги» флаги, хотя и получили для этого все полномочия от Командора.

Боу, конечно же, знал о нашем соглашении и, скорей всего, собирался уже топиться в море, а тут мы с предложением, даже с приказом от майора Дасти создать и возглавить добровольные части колониальной армии– реально Черныш по нашей просьбе велел своему заместителю написать для Боу именной приказ.

Понятно, что майор и вся хитрая контора лейтенанту в данных обстоятельствах никто и ничто, но всё-таки хотя бы условно официальная служба и не такое уж условное жалование. Командор положил офицерам по две походные доли, а Боу как командиру три.

Подчиняться они будут лично Командору, лейтенант может не переживать, нам сборище недоумков ни к чему, разве что поможем замотивировать и подготовить, чтоб на службе реально жизней своих совсем не жалели.

Боу почти согласился, лишь уточнил, морщась. – Но сейчас-то, после захвата «д’Артаняна», можно обойтись без вашего зверства?

— Какое зверство, лейтенант, вы о чём? – Искренне удивляюсь. – Не было ничего! И не будет!

Плюш уточнил для слегка побледневшего лейтенанта. – Ну, реально не будет! Мы ж не сами сейчас, а с собаками.

Неждан.

Нужно признать, что устами младенца сплошь и рядом глаголет истина, а так же ноет, канючит, вымогает и, в конце концов, добивается своего. Вот всё у Захара было! Корабль свой собственный, а на корабле– мешок с золотом, пушки, личный повар, футбол сколько хочешь!