Онлайн книга «Руны на броне»
|
А водитель тоже в фуражке и с моей сумкой в это время открывает дверь за мной. Мухаммед зачем-то хватает меня за шкирку. Послышался грохот выстрелов! Приоткрылись двери справа. Мухаммед и Авдей вываливаются из салона в щели, а Мухаммед ещё и успевает уложить меня на своё сиденье. Падаю на бок, в поле зрения паренька, изрешеченного пулями, сменяют концентрические разводы от пуль на стекле. Борт словно рубят топорами… Лежу себе, на стекло любуюсь и думаю о своей смешной жизни. Водителя точно убили, надо будет помочь семье парня. И нового где-то искать. Ведь там у машины должен лежать я. Сегодня мне невероятно повезло сесть на место шофёра, вот пусть и дальше враги головы ломают, где же я нахожусь. А больше я ничего не могу, только лежать, ждать, когда это кончится, и думать. У меня ведь даже ножика рыси нет, не положено кадету в Корпусе оружие. А ну как противник рискнёт подойти к «Волге»⁈ Нет. Не рискнёт уже вылезти под выстрелы Авдея и Мухаммеда. Если только он не подстраховался из машины справа… Не! Зачем усложнять? Занять заранее место для двух машин ещё можно, но три тачки в час «пик» уже перебор. Лучшая страховка врага скорость. Расстрелять меня и по газам. Охранники, конечно, предполагают опасность из машины справа, потому и выпали в щёлки сразу на асфальт. Убедились в безопасности и стреляют врагу по колёсам. Кстати, или я очень быстро думаю, или противники всё-таки увлеклись… Ага, стрельба резко стихла, противник пытается уйти. А колёса на дисках, справа точно пробиты. И выбежали уже из КПП ребята с винтовками. Во! Снова стрельба из военных образцов — уж их-то выстрелы я ни с чем не спутаю. — Вставай, — раздался голос Авдея. Я выхожу из правой двери и поверх своего капота оглядываюсь. «Лада» противников далеко не уехала, стоит уже прошитая по нескольку раз из пяти винтовок. Военный осторожно подходит сбоку и сзади, открывает дверцу. Вываливается тело в сером костюме и с дисковым автоматом. Против брони «Волги» даже в упор никакого толка. Впрочем, водитель выйти из машины успел. Подхожу к нему, поднимаю сумку за ручки… Ну, ёлки! Прострелили в нескольких местах, и в крови! Домашку за всё лето придётся переписывать! Вот козлы! С грустным вздохом оборачиваюсь к рысям: — Ждите следствие, парни уже позвонили с КПП. А я учиться. — Удачи, — сказал Мухаммед без выражения. Я кивнул и направился к пропускному пункту. * * * Начинался учебный год с политинформации, потому лично я сначала пробежал в казарму, схватил спортивную форму и бегом в спортзал. Степан Андреевич опозданий не жалует. Ещё не любит он свежего воздуха и посторонних глаз, вот и занятия проводит в зале. Поздоровались, словно вчера расстались, и Степан Андреевич принялся меня гонять. Всё-таки чувствовалось, что кое-что случилось, пройдена некая черта. Наставник стал серьёзнее и жёстче. По его мнению, я совсем за лето разболтался. И должен быстро собраться, а то таким раздолбаям нечего делать в Европе. Дальше физкультура, сухо поздоровался с ребятами. Это не я виноват, просто сами кадеты стали строже. Война ведь уже началась. Я смотрел в их суровые лица и немного раздражался. Ага, до этого всё не считается! Вот вышли мы на взрослые полосы препятствий, а они для нас уже не новость — проходили, и не однажды. А когда? Да на практике! Каждая сотая мина боевая — им ещё не война? Прав всё-таки ректор, что война навсегда. Хорошо, что хоть сейчас она началась для некоторых. |