Книга Руны на броне, страница 52 – Виктор Стогнев

Хорошо хоть, что оттянув контракты, парни шлют заявки часто из окопов прямо в газету «Московский еженедельник», минуя ректора. У газеты растёт популярность, и нам прямая выгода.

Вот на этом радостном моменте я подписал последнюю бумажку, простился с военным и прошёл в гостиную.

— Закончили? — спросила Катя. — Тогда поехали в думу. Просили заехать кое-что увязать.

* * *

Покойник продал мне свои несельскохозяйственные земли за два дня до гибели. Только я не ругался и не смеялся. Оставил парень маме и жене денег на приличную жизнь, а сам пошёл на смертельную битву.

По произволу Кати отобрали сельские участки, и я подписал бумагу, что принимаю его пехотную дружину. Она станет лучшей в Гардарике — единственное, что я мог для него сделать.

Ну, ещё помолился за раба божьего Дамира, да заплатил, чтоб помянули его в службе. Девять раз. Просто так положено.

В библиотеке дали ту же подшивку и мою тетрадь. Катя назвала имя журналиста Франца Курца. Уже морально готовый ко всему я взялся за газету. Врага нужно знать и понимать…

— Пора, — сказал Мухаммед.

Я оглянулся на Катю, а ей что-то говорит Авдей! Он её позвал, что ли? Вслед за девочками выбегаю на улицу и строго смотрю на своих охранников.

— Ну, спросил Катю, — сказал Авдей нехотя. — Или ты хочешь, чтобы девушки снова рисковали, стараясь приехать туда раньше нас?

Блин! А об этом я и не подумал!

— Только сейчас поедешь на бронированной «Волге» с Катей, — молвил Мухаммед. — Иногда нужно менять машины.

Я взял свою шинель и уселся в новую машину. Обнял Катерину на заднем сиденье, Клава чему-то улыбнулась на переднем, а Надя ловко послала «Волгу» вперёд. За нами поехали Авдей с Мухаммедом.

Всю дорогу сидели с Катей в обнимку. Дождались вторую машину, вышли и пошли через лес, взявшись с Катей за руки. Вместе пришли к камню. На нас смотрели… э… озадаченно.

— Здравствуй, Григорий Васильевич! — звонко сказала Катя.

— Здравствуй, — проговорил я.

Ректор долго смотрел на нас, стоя в генеральском мундире, зажав в подмышке футляр. Наконец, он прокашлялся и заговорил, показывая руками. Я смотрел на противника, и он мне нравился всё меньше. Похож на парня комплекцией и лицом, но точно уже не парень. Глаза не поймаешь. Движение, вроде, простые, но какие-то слишком скупые. И вкрадчивые.

Принести извинения отказался, ректор открыл футляр, и мы берём шпаги. Я отдал шинель и шапку Кате, а противник секунданту. Одет в обычный серый костюм. Будто нехотя кланяется Перуну, но я знаю, что он считает своим долгом поклониться. Ломается? Но перед кем тут ломаться? Я искренне обещаю Перуну его кровь!

— Подойдите друг к другу! — скомандовал его секундант.

Мы с поднятыми клинками сближаемся.

— Начали! — дал отмашку ректор.

И стремительный выпад! Успеваю опустить шпагу и почти панически отскочить. Ловлю его взгляд перед новой атакой — глаза беспощадного зверя в броске на жертву. Это же горностай на охоте!

Он атакует, я вижу приближение его клинка…

— А что дальше? — спросит пытливый читатель о Первой Мировой Войне.

И я вынужден отвечать. Итак, легко начать войну, каждый может это сделать. Достаточно вместо очередного «здравствуйте» заехать соседу по физиономии. Можно даже начать войну по умному плану. То есть застать соседа в безлюдном месте и первый раз даже попасть!