Книга Руны на клинках, страница 151 – Виктор Стогнев

Все мои отряды вылезли и сосредоточились у люков. Первыми поднимаются маги от центральной группы. Парни спокойно идут к часовым. У них, конечно, русская форма, да только часовые их не видели до последнего.

Одновременно с ударами ножом все маги ускоряются, влетаем в дом сразу следом за первыми. Попадаю в довольно просторное фойе, в поле зрения французы, максимальное магическое воздействие.

Такое, конечно, почувствовали вражеские маги, но уже наплевать. На врагов напало оцепенение, они вытаращили от ужаса глазки, ручонки тянутся к пистолетам. К ним стремительно приближаются размытые тени и бьют ножами.

Парни отряда ведь вбегают через вход, они слишком хорошая мишень для стрелков. Так что во избежание, так сказать.

Значит, вбегают бойцы, а я вытираю лезвие об рукав крайнего европейца, отпускаю его и убираю нож в ножны. Француз падает дохлый, ко мне подходит суровый Серёга с автоматом.

Трое бойцов заняли оборону у входа, организованно затащили внутрь мёртвых часовых и поджидают гостей за укрытиями. Ещё четверо «держат» два коридора на первом этаже. Отряд же переходит к следующей части «марлезонского балету». Идём на широкие лестницы.

Их целых две. Снова разделил магов, в моих руках дисковый автомат танкистов. Стреляю в весёлой компании вверх, не позволяя высунуться, а по стеночке, пригнувшись, бегут бойцы.

Они добежали до площадки и открывают огонь, теперь наша очередь бежать по стеночке, пригнувшись. Оставляем задним выходы в коридор на втором этаже, парни своими автоматами пресекут любое по ним движение.

А вот и площадка третьего этажа, дальше только коридор. Впереди враждебно настроенные французские маги. В них не-магам попасть трудно, непросто удержать их в прицеле. Это только моя работа.

Выхожу в коридор с автоматом, гремят выстрелы. За мной выбежал кто-то в пылу азарта и ринулся к стенке. Предсказуемый маневр. Краем глаза отмечаю, как чей-то силуэт ловит несколько пуль и падает.

А ведь на его месте должен быть я. Это же так логично, вытолкнуть вперёд не-мага, а самому по стеночке. Так по-европейски.

Срезаю короткой очередью первого и, сделав два шага, падаю на колено. Над головой летят пули, врагам только чуть опустить пистолеты. Откатываюсь к стенке, на только что оставленном месте линолеум пробивают выстрелы.

Тут бы мне и конец, добили б точно в два ствола. Но французы чувствуют только меня, на такой дистанции, ещё и в бою, я забиваю всё. Вот и прилетело им из автоматов от входа в коридор, да я добавил для верности.

Ребята контролируют плацдарм, а я подхожу к прострелянному бойцу…

Серёжа? В первом же сука бою⁈ Ёлки!

— Командир, что дальше? — привёл меня в чувство вопрос мага Вити.

— Кабинеты, — отвечаю ему, отворачиваясь от тела.

Блин, нашёл пацан, кого надо держаться! Ладно, проехали, этот Серёжа точно не последний — война долгая. Я поднимаю на Витю глаза и приказываю чётче:

— Стреляем в замки, внутрь сначала граната.

— Слушаю, — ответили парни.

Тут бы мне и постоять в сторонке, без меня справятся, но чёрт же дёрнул всё самому показывать. Всадил я в первую дверь под безопасным углом длинную очередь, вынес замок, в щёлку закатил гранату без чеки. Внутри бабахнуло, двери снесло.

Осторожно захожу. Под столами и у стен истекают кровью оглушённые европейцы, и привязанный к батарее отопления за руку обезображенный взрывом голый женский труп.