Онлайн книга «Руны на клинках»
|
Тот подождал, когда соберутся все и заговорил ровным тоном: — Подробные карты получим завтра, а пока тихо радуемся, что я из этих мест. Враг же готовил прорыв и запасся картами заранее, он хорошо представляет себе ландшафт. Напоминаю, что нас противник не видит, но знает, что за ним следят с воздуха. Антонов взял паузу для усвоения сведений и продолжил: — Поставим себя на его место. Сейчас враг идёт по самому опасному участку, по ровному полю. Мы там можем увидеть его издалека и поразим в лоб. Но у них больше двух сотен танков, парни… А у нас пятьдесят два, только собирались пополняться. Физически ощущаю, как пацаны сравнили цифры, прикинули, сколько приходится на каждого, и стали ещё внимательнее слушать комполка. А он говорил: — Снова напомню, что над противником висят наши самолёты, он уверен в нападении. Враг вперёд выслал дозоры, заранее развернулся в цепи, повысил внимание. При таком соотношении никакая местность нам не поможет… Ну, это всем и так уже ясно, давай дальше. И Пётр Алексеевич сказал: — Неприятель пройдёт опасные места, потеряет время для перестроения в колонны, немного расслабится. Мы нападём неожиданно, с разных сторон, и сами рванём в ближний бой. Нам нужно сжечь их, сколько успеем сразу. Потом не будет. Мы смотрели в его простоватое лицо. Капитан оглядел нас и проговорил: — Я хочу, чтобы вы это сейчас хорошо уяснили. Танкисты сдержано ему кивнули. Он подобрался и перешёл на деловой тон: — Перед нами пологие и невысокие пригорки, дорога идёт между ними. Противник направит дозоры по вершинам. Первый батальон, готовимся к обороне на обратных склонах и в низине. Второй батальон заходит за холмы и прячется в поле. Там есть широкие балки, двадцать танков спрячете… Я печально подумал, что наш батальон второй и есть. После объединения Пётр Алексеевич спокойно забирал у нас машины. Я один маг остался в батальоне. — Второй батальон сидит в засадах, пока первый не начнёт бой, — сухо проговорил капитан. — А потом просто едете и убиваете всех. Приказ ясен? — Так точно! — дружно ответили танкисты. — Младший лейтенант Большов! — вдруг сказал Пётр Алексеевич. — Я! — Ты в моём личном подчинении, — проворчал он, глядя в сторону. Сука! Вот зачем он это сказал⁈ Ребята могут остаться живые! Но другие же точно пойдут на смерть… и как мне потом жить⁈ — Пётр Алексеевич, давно хотел тебе сказать, — начинаю задушевно. Он поворачивает ко мне удивлённое лицо, и я говорю. — Иди в жопу, капитан. Пётр Алексеевич краснеет, я отдаю ему честь, оборачиваюсь кругом и иду к своей машине. Через три шага слышу его слова: — Да, идите по машинам. Приходится поднажать, чтобы не затоптали другие командиры. Добежал до своего танка, взбегаю вверх по броне и прыгаю в люк. Парни смотрят на меня и с улыбками ждут вводную. Да. Все солдаты должны погибнуть. Но эти… конкретно эти самые. Они погибнут только потому, что я не знаю, как дальше жить. Пр-р-роклятый капитан! * * * Капитан должен был меня пристрелить. Я специально повернулся к нему спиной и сделал три неспешных шага. Он тоже маг и знал, что я почувствую злобу, могу выхватить «Парабеллум» раньше, чем он потянется к кобуре. Но я вообще не собирался оборачиваться. Антонов обязан был меня пристрелить. Ему бы ничего не сделали… |