Книга Руны на теле, страница 11 – Виктор Стогнев

Всех защитников перебили точно, хоть и не нашли труп Большова. Когда в гостиницу вошли французские солдаты, обнаружили много водки. Это гарантия, что русских всех убили, живые русские никогда бы не оставили водку врагу.

Выпить самим не хватило сил, а вылить не поднималась рука, тогда они заложили взрывчатку и включили замедление! Французские солдаты успели водку частично употребить на месте, частично унести, но взрыв был очень сильный!

Гостиница разрушена полностью, у банка во двор обвалилась стенка. А ведь это очень хороший банк, очень надёжный! «Али Гоффрейн» ведёт операции по всему миру, даже в Гардарике…

Ведущий что-то невнятно простонал и стал с военным прощаться. На этом месте я допил кипяток с вареньем и подумал, что у бабушки к счастью всё хорошо, а своё отношение к водке европейцы тупо переносят на нас. Хотел уже идти отдыхать, но принесло лично Алёшу Дымова.

* * *

Капитан сказал, что обстановка накаляется, враг атакует все изолированные дома и начал наступление на фронте. За сутки противником захвачено два объекта, один моя гостиница.

В город ввели все танки и все силы самообороны, полностью оголив восточные рубежи. Теперь следует ждать с востока немецкие части, к счастью они сюда не торопятся.

Однако нам и без них хватает натиска французов, только сегодня потеряно девять танков. Мои парни молодцы, уничтожение каждой машины стоило французам немало, но враг готов платить любую цену и повышает ставки.

В этой ситуации необходимо увеличить плотность обороны. У нас нет резервов, значит, придётся уменьшать линию соприкосновения. Дымов решил по возможности сократить число объектов, то есть эвакуировать все изолированные гарнизоны.

— Ты в курсе, что тебя утром убили? — спросил он деловым тоном.

— Ага, по радио сказали, — кивнул я.

— Мертвецам не нужен отдых, — проговорил Лёша. — Ночью носите отсюда продукты и боеприпасы.

— Слушаю, — ответил я.

Разумеется, совсем без отдыха никто не сможет, опять разделил ночь пополам. Но это точно не из самоуправства, обессиленный маг становится уставшим обычным человеком и гибнет, как все. А я тут затем, чтобы гибли европейцы.

Необязательно самому давить на гашетку или тыкать ножиком, правильный и своевременный манёвр силами и средствами убивает вернее. И ведь не я один это понимаю. Ребята притащили в галереи много колясок и садовых тележек. На приличные расстояния практически бегом каждый тащит до ста килограмм.

Нам дали в помощь много других бойцов, поставлена задача — оставить дом до рассвета. Под утро Павлик соорудил мину из всего, что взрывается, установил на взрывателе замедление и под землёй уже запер за собой железную дверь.

Хотелось бы, конечно, дать врагу последний бой, встретить его в рукопашной, но он быстро умнеет, кидает гранаты в любое помещение, прежде чем зайти. Рукопашные устраиваем, когда атакуем сами, а уходим по-английски.

Проснулся я на новом адресе, но ничего почти не изменилось. Карту представляю себе отчётливо, видел этот дом ещё целым, тогда и придумывались как бы теоретически схемы обороны.

Спокойно берусь за привычную работу. Три десятка военных магов с винтовками в корне меняют ситуацию. А с нами ещё и отряд в сто тридцать ловких парней…

Уже всего сто тридцать. Но я знаю точно, приди мне в голову здесь засесть, мои парни останутся единственными и этот дом будет в гарнизоне последним. Не хочу быть последним, мы ещё можем всем помочь и всех спасти! Нужно ещё больше убивать!