Книга При чем тут руны?, страница 120 – Виктор Стогнев

Бедный Дитрих побежал в представительство министериума и снова занял очередь. Всего через сорок минут открылись двери и вышел военный, за которым он занимал. Девушка в форме выглянула в коридор и сказала своё:

— Следующий, проходите.

Думая про себя, что всё это надо как-то автоматизировать, он вошёл в комнату приличных размеров и подсел к свободному столику.

— Документы, — строго сказала другая девушка в военной форме.

Дитрих подал офицерскую книжку и справку. Девица посмотрела бумаги и проговорила:

— Из плена? Денег на гостиницу хватит?

Он промычал, что должно хватить. Она подала ему список и попросила отметить галочкой отель, где он намерен остановиться. Справку девушка напишет сразу, а подробный ответ министериум отправит по адресу гостиницы.

Пока девушка заполняла формуляр, Дитрих просматривал список. Об одном заведении он слышал от знакомых, что оно вполне ничего — кормят сносно, клопов нет, девушки приличные.

Правда, говорилось это до войны, но вряд ли что-то сильно изменилось. Отель точно не разбомбили, раз он значится в списке. Он отметил гостиницу галочкой, а служащая приложила к справке печать.

В отделение банка Дитрих бежал галопом, к его счастью там ещё пускали посетителей. Увидев справку, девушка-кассир за окошком заговорила совсем другим тоном.

Она предложила Дитриху оформить в европейском банке несколько видов рублёвых срочных вкладов, или часть рублей перевести в марки и оформить срочные вклады в немецкой валюте — в ней процент больше.

Дитриху понравился курс, и он попросил выдать ему десять тысяч марок, а остальные деньги поместить на обычном рублёвом счету. Мало ли как жизнь сложится, он ещё не определился с планами.

Девушка отсчитала ему деньги, вернула документы и выдала книжку. На прощанье она сказала ему, что просто счастлива будет видеть его в этом отделении банка, когда определится.

Дитрих поймал таксомотор и велел ехать в гостиницу. Пусть и располагалась она не в центре — в центре почти всё разбомбили — не на метро же ехать офицеру при деньгах в отель. Немножечко из плена, но это уже детали.

Встретили его без особого восторга, портье за стойкой сразу потребовал справку из министериума обороны. Дитрих предъявил документ, и однокомнатный номер с отдельной ванной нашёлся, но сдаются комнаты только от трёх суток. Портье предупредил, что горячая вода подаётся с двадцати двух до двадцати трёх. Про электричество уже слагаются легенды.

Готовить пищу в номере нельзя, за это штраф десять тысяч марок. В ресторан свою еду и напитки проносить нельзя, за такое выселяют без разговоров в любое время суток и без возвращения денег.

Дитрих заплатил три тысячи марок за три дня, поражаясь, как выросли за войну цены, и откуда взялись эти странные правила. Неужели кто-то серьёзно что-то жарит в номере и прётся с ним в ресторан⁈

Он взял ключ, поднялся на два этажа и посмотрел комнату. Имелось окно со шторами, стояли широкая кровать, бельевой шкаф, стол на тумбах и стул. Зашла коридорная, принесла постельное бельё.

В Германии просят прислугу застелить постель только ленивые русские при деньгах, а Дитрих даже в мундире немецкого офицера — коридорная сразу вышла.

Дитрих постелил бельё сам. Вдёргивая пододеяльник, думал, что и с нательным бельём срочно нужно что-то делать. Но это может подождать до завтра, дня три всего носит, ещё не должно сильно провоняться.