Книга Алый пепел заката, страница 115 – Виктор Стогнев

— «Так, с этим разобрался, что у нас дальше»? Егор снова закрыл глаза и представил все исходные агрегаты. Удивительно, в подробностях вспомнились даже фирменные таблички с характеристиками. Рассмотрел железки сначала по отдельности, далее в различных сочетаниях и, наконец, все разом. Сами собой из памяти всплыли требования к готовому изделию, отдельные части послушно сложились в конструкции, требующие минимальных изменений. Ещё пара минут ушли на формализацию способов этих изменений, большинство отсеял, как недоступные их возможностям.

Всего получилась пара возможных вариантов, проверить их можно только практически. Егор открыл глаза, посмотрел на часы. – «Вот ведь! Действительно четверть часа ушло! Теперь как бы всё это растолковать парням?»

Он предчувствовал, что много времени для этого организм ему не даст.

То ли парни попались смышлёные да усидчивые, то ли накатило на Егора вдохновение – ему внимали, как пророку, когда он, на ходу подбирая точные формулировки, просто и ясно излагал замысел. Идеологию проекта задали два обстоятельства: полуторалитровый двигун «Кавасаки», и техническая невозможность собрать конструкцию с точной геометрией, то есть бессмысленность жёстких соединений.

Из этого соображения сама собой возникала идея трансформера, а что ближе всего инвалидной коляске? Конечно же шоссейный мотоцикл! Те же два колеса, управляющие колёсики можно сделать убирающимися шасси, необходимые точки опоры во время трансформации, учитывая возможности седока. Ну и двигатель от «Кавасаки», конечно, - не выбрасывать же!

Всех увлекла инновационность задумки, Егор перешёл к конкретным задачам. В практических вопросах парни разбирались очень хорошо, всю жизнь только и думали, что бы откуда потихой свинтить да куда бы с пользой присобачить. Разобрали элементы конструкции – Егор с Димой взялись за силовую часть и трансмиссию, один парень занялся ходовой частью, двое других принялись сооружать механику условной рамы, подлокотников и составного руля, а так же полностью ручное управление.

Егор чувствовал себя ровно, уверенно, усталость не проявлялась, хотя у парней чайник постоянно пустел и наполнялся. Перекуров не устраивали, но все постоянно дымили сигаретами, стаканчики с кофе всегда находились на расстоянии протянутой руки. Пространство бокса наполнили удары по металлу, вой и визг турбинок, треск и всполохи дуговой сварки.

Вскоре вернулся Жека и присоединился к работе. В полночь из сторожки заглянул дядь Саша, да так и остался. Не толкались, друг другу не мешали, не бездельничали, и всё, вроде бы, получалось, однако конца работе не проглядывалось. Егор физически ощущал, как уходит время, понимал, что не успеет, не продержится до конца, и старался по максимуму сделать в главном.

Он не заметил, как отрубился, вообще, понял, что отрубился, будто  через мгновенье просто открыв глаза в офисе на диване. В окна бил солнечный свет нового дня, он в трусах и майке лежит под покрывалом головой на подушке, с улицы доносится рёв взлетающего перехватчика – всё нормально. Посмотрел на часы – полдень. Он встал, подошёл к окну, по территории авторазборки Катя описывала круги на своём новом мотоцикле.

«Ну, конечно, глушитель же в инвалидной коляске не спрячешь, вот и решили пока пренебречь». – Пришло логичное объяснение. – «Наверное, в форме коляски уже опробовали».