Книга Алый пепел заката, страница 31 – Виктор Стогнев

Данил тем временем быстро нашёл с помощью мыльной воды прокол и воткнул шнурок, не снимая колеса. Вернулся к Егору и довершил начатое.

Глядя в зеркало у рукомойника, Егор оценил содеянное. – Осталось только сбрить!

— Не вопрос, - согласился Даня. – А потом займёмся рассечениями.

Егор не нашёлся, что толком возразить, как его уже нагнули за шею над тем же рукомойником и брили, приговаривая. – Для конспирации, узбеки многие головы бреют, а на рожу тебя сейчас можно и за чукчу принять.

Данил снова отвлёкся на клиента и, как обещал, продолжил заниматься Егоркиной головой. Усадил его в своё кресло, смочил перекисью, промокнул, проворчал. – Сейчас ещё пару шовчиков…

Егор было дёрнулся, Даня его придержал за плечо. – Не ссы, я почти доктор. Мышиный…

— Машинный? – переспросил Егор.

— И машинный тоже, - проворчал Даня, продевая нить в изогнутую иглу. – Теперь не дёргайся, анестезия у меня только кияночная.

Пришлось потерпеть, тем более было не больнее, чем морщиться разбитым лицом.

— Вот! – Возвестил Даня о завершении процедуры. – Теперь тебя хоть в дело подшивай. Вишни хочешь?

Егор ждал нового подвоха, но оказалось, что Данил имел в виду именно вишню с кустика у дороги.

— Моя! – Сказал он с гордостью. – Сам прорастил из косточки и посадил. Третий год уже растёт.

— Её ведь есть, наверно, нельзя, у дороги же, - засомневался Егор.

— Много ты понимаешь. Нормальная вишня, заявляю как специалист.

Егор усмехнулся. – Шиномонтажник?

— Ну, я ж не всегда здесь работал и учился в молодости другому. – Вздохнул Даня.

— Ботанике? – Спросил Егор.

— В том числе. – Данил отчего-то резко потерял интерес к теме.

* * *

Кооперативное хозяйство раскинулось обычным для Владивостока образом на обратном от дороги склоне сопки. В склон забурились и забили сваи, отсыпали террасы, так и получили три строчки гаражей в два уровня. Самый верхний ярус занимали автомагазин и шиномонтажка, а так же первый этаж стоянки, на нулевом уровне первая строчка гаражей, автомастерская и ещё один уровень стоянки, а этажом ниже располагались только гаражи и узбекская общага. Если спуститься по лестнице ещё ниже, можно выйти к много подъездному крейсеру, где проживал Данил с семьёй.

После восьми Данил закрыл заведение и принялся за обустройство Егора. Вместе проехали на стоянку, в сторожке Даня представил Егора грузному чёрноволосому с проседью мужику с  бесстрастным обветренным лицом в морщинах, слепленном из самых крупных, грубо обработанных деталей, и невысокому пареньку с, напротив, тонкими чертами лица. Старшего звали Рустемом, а младшего Фаридом. Данил сказал, что мужики всё покажут, а он утром за ним зайдёт полдевятого. На этом со всеми распрощался и пошёл домой.

Рустем что-то по-своему проворчал Фариду, тот улыбнулся Егору и сказал. – Ну, пойдём.

Егор вышел из бытовки за ним следом. Сначала охранник показал, куда поставить «Короллу». Потом спустились по дороге на нижний ярус, Фарид засветил фонарик, вышли к лестнице. Через пару минут Фарид ввёл Егора в неприметную дверь гаражного бокса. В обычной с виду жилой комнате за большим столом ужинали человек пятнадцать. Егор огляделся. На полу линолеум, стены закрыты ламинатом, потолок оклеен плиткой ПВХ, помещение хорошо освещено скрытыми светильниками – почти евроремонт, впечатление нарушали только длинные скамьи у стола, да и сам стол явно не в магазине приобрели.