Книга Одаренный, страница 35 – Forthright

— У тебя есть девятнадцать старших братьев и сестер?

Утвердительно хмыкнув, Суузу заслонил от Акиры Цзуу-ю, который превращался в сказочную птицу с длинной шеей, эффектным гребнем и шикарным хвостом из длинных свисающих перьев. Феникс идеально подходил только что построенному гнезду, но расположился выше и раскрыл крылья, словно желая сохранить их разговор в еще большей тайне.

Под мягким, как пух, пологом Суузу объяснял Акире, что такое «быть даром». Речь шла о тайных обязанностях и священных ролях, возложенных на одного ребенка клана из десяти. Конечно, он не мог поведать обо всем, что стояло за этим понятием в каждом клане, но рассказал, что оно означало для двух братьев-фениксов.

— Нам пришлось покинуть колонию.

— Вроде как вы… послы?

— И да, и нет. – Суузу вздохнул прямо в ухо Акиры. – Скорее, это моя роль, поскольку я был избран ради мира. Цзуу-ю был предназначен для войны.

— И поэтому он стал секретным агентом?

Суузу усмехнулся:

— Цзуу-ю больше следователь, чем шпион, но он хранит много секретов. Они принадлежат каждому фениксу по рождению, а с момента Основания их доверили нашим воинам.

— И Цзуу-ю – один из этих воинов?

Простой ответ Суузу был проникнут восхищением и уверенностью:

— Да.

Акира подумал о том, что час уже поздний. Здесь, под перьями Цзуу-ю, было тепло и уютно, хотя и странно было делить аромат и мягкость этих перьев с Суузу. Обычно Акира был единственным птенцом в этом «гнезде».

— Наверное, вы с ним оба такие.

— Гм?

Акира покачал головой. Это было слишком глупо, чтобы повторять. О чем они говорили?

— Посол мира… звучит важно. Как будто ты чуть ли не пресс-секретарь кланов фениксов.

— Да.

— А? – Акира отодвинул перья, но в темноте лицо друга было не различить. – Как будто ты… один из Пяти?

— Я не могу быть одним из Пяти, ведь тогда их было бы уже шестеро.

— Ты же понимаешь, о чем я. – Акира дружески ткнул Суузу в бок.

— Понимаю. – И Суузу тихо признался: – Так и есть.

Акира наконец усмехнулся:

— Я хочу официально заявить, что подружился с тобой раньше, чем узнал, какая ты важная персона.

Суузу затрясся от неудержимого смеха, а Цзуу-ю над их головами начал ворковать колыбельную феникса. Акира узнал мелодию – та самая песня, которую почти каждый вечер напевал ему Суузу.

Он устроился удобнее:

— Вы играли со мной в молчанку, господин пресс-секретарь Фарруст.

— Об этом мало кто знает. – Суузу расслабился, его голос звучал невнятно и сонно. – Это моя тайна, которую надо хранить.

— И моя.

В соседстве по «гнезду» Акире особенно нравилось именно это. Слушать песню всем своим существом. В такие моменты, находясь на грани яви и сна, Акира почти мог поверить, что прикасается к душе Суузу. Всепоглощающий покой окутал его, как нежный огонь, мерцающий вокруг него, но необжигающий.

— А что там у Цзуу-ю, скажи еще раз? – спросил Акира.

— Мм?

— У него такая же крутая тайна, как у тебя?

— Конечно. В древних преданиях фениксы всегда выполняли одну роль. – Покачиваясь в такт своим словам, Суузу продолжил: – Наши воины зорки, быстрокрылы, их песня манит, пламя их не задевает. Мы охотники на одну добычу.

— Да? – Акира зевнул. – Какую?

Губы Суузу коснулись его уха.

— Драконов.