Книга Алхимики, страница 137 – Владимир Батаев, Тота Моль

— У-у-ы-ы-ы, — порыв ветра из ледяного горла врывался в комнату.

— Пу-у-у-у, — вслед за ветром снежное крошево разлеталось во все стороны.

— Ти-и-и-и, — временное затишье перед следующим порывом.

— У-ы-ы-ы… пу-у-у-у… ти-и-и-и…

В какой-то момент Лис понял, что мысленно повторяет вслед за монстром.

— Кудряшка! Оно говорящее! — радостно вскричал Лис.

— Defendere fortiter au… Что? — Даниэлла прервала чтение формулы, и демон взревел с новой силой.

— Слушай! Внимательно! Слышишь? — Лис, покачнувшись, ткнул в сторону входа. — Уыпути, выпусти, слышишь? Он хочет, чтобы мы его выпустили!

Вместо того, чтобы последовать совету Лиса, Даниэлла вскрикнула:

— Лис! У тебя кровь! — девушка качнулась к Лису, и защитный контур тут же заискрил.

— Неважно. Потом. Он хочет нам что-то сказать, понимаешь? Не сожрет нас, по крайней мере, сразу. Ты можешь понять, что ему от нас нужно?

Из носа Лиса к подбородку стекала струйка крови. Даниэлла не выдержала и шагнула к Рейнарду, вытирая кровь с лица. Созданный впопыхах силовой барьер затрещал. Знаки на полу вспыхнули, и новый вой тут же заложил уши.

— Хватит! Ты не выдержишь! Брось!

Даниэлла попыталась разорвать магический канал, что создал Лис. Но вместо этого новая волна магии — в несколько раз мощнее и дольше предыдущей нахлынула на неё. А в следующий миг Лис рухнул на пол, словно его кто-то подбил под ноги.

— Рейнард! — девушка кинулась было к нему.

На посеревшем лице Лиса застыло такое довольное выражение:

— Держись, кудряшка! Я сейчас передохну и встану!

Глаза Рейнарда закатились, и он отключился.

Даниэллу обуяла такая злость, что она была готова голыми руками разорвать это льдистое чудище, что спутало все их планы. Вобрав всю силу, что отдал Лис, девушка зачерпнула согревающего зелья из котелка, стоящего рядом, и медленно развернулась. В глазах демона вспыхнул синий огонь. Точно такой же отразился в глазах Даниэллы.

— А теперь мы поговорим, — недобро протянула Даниэлла. Демон взревел и кинулся вперед, ломая сырые доски в полу. Девушка вскинула руку. Комнату озарила бледно-синяя вспышка. И глухой, утробный голос, усиленный магией, загремел в пространстве:

— Diffugere nives, flumina praetereunt, mutat terra vices, — огненный хлыст вырвался из ладони алхимички.

— Diffugere nives, flumina praetereunt, mutat terra vices — сломанные доски рванули вверх, окружив монстра дощатой стеной.

— Diffugere nives, flumina praetereunt, mutat terra vices, — демон забился в стороны, пытаясь разломать неожиданную преграду.

Но голос всё гремел и гремел в комнате, заглушая вой ветра и снежных вихрей.

Найди сильное место врага. Источник его энергии. Найди и создай противовес. Двигайся в эту сторону, и найдешь точку слабости. И когда отыщешь её — направь туда всю свою мощь. Всю ярость и боль. Лишь в этот миг демон признает тебя. Лишь тогда повинуется.

Слова мёртвого нынче графа всплывали в голове сами собой. Многочисленные уроки, часы, проведённые в катакомбах на тренировках, не прошли даром. Сейчас Даниэлла действовала больше на рефлексах. Перед ней был ледяной демон, повелитель холода и снега. Значит, противовесом мог быть только огонь. Согревающее зелье и собственная ярость стали прекрасным источником истинного пламени, из которого Даниэлла трансформировала цепь. Едва пылающие звенья коснулись монстра, тот взревел. Попытался вырваться, разорвать ручищами цепь. Но вместо этого символы на полу вспыхнули алым цветом, и такие же пылающие кандалы защелкнулись на руках.