Книга Фельдагент. Порох, шляпа, сапоги, страница 2 – Сергей Ильин

Не долго размышляя, я поднял с земли затихший девайс и сунул его в карман форменной куртки, выданной начальством перед операцией. Можно было не сомневаться — к рукам моим прилип самый настоящий трансгрейдер, то бишь аппарат для перемещения между мирами.

И что-то мне подсказывало, что, хотя я и не собирался оставаться прямо сейчас в родном мире, сбежав с места операции, но штука, способная переместить меня сюда, окажется в хозяйстве совсем не лишней. Сейчас у меня даже телефона нет, чтобы предупредить близких, чтоб не теряли. Я и так переживал, что заставил их здорово волноваться, пропав без вести. А трансгрейдер, надо полагать, даст мне возможность в любой момент вернуться в свой мир и даже в своё время. Нужно только разобраться, как эта штука работает.

Десантно-штурмовой бронеход класса «Каракурт» брёл в ночи по заснеженной долине, монотонно гудя силовым агрегатом, гулко лязгая сочленениями стальных опор и регулярно выпыхивая в морозное небо белёсые облачка пара.

Кому-то со стороны этот механический монстр, возможно, и напоминал огромного паука. Ну а как по мне, так он больше походил на слегка неуклюжего и не обученного пока ещё летать восьминогого детёныша НЛО.

Создавая шагающий бронетранспортёр, местные умельцы старательно склепали краями два огромных, метров по пятнадцать в диаметре, стальных блюдца. Внутри, практически по центру этого сильно выпуклого диска, разместили паровой двигатель и распределительные механизмы. Данный высокотехнологический (по местным меркам) фарш был упрятан в дополнительный защитный броне-кокон. Впереди, прямо перед двигателем, расположили место механика-водителя. Ну а снизу, под брюхом стального монстра, инженеры-затейники присобачили многосуставчатые опоры — эдакие ходули с гидравлическим приводом.

Осенью-весной по раскисшему бездорожью на таких не побродишь. В болоте и вовсе завязнешь, не выберешься. А вот летом по полям да негустым лесочкам на восьминогом бронеходе можно было только так рассекать. Он даже неглубокие речушки преодолевал на раз плюнуть. Ну и вот зимой по сугробам шастал легко и непринуждённо.

Правда говорят, летом было в «Каракурте» неимоверно жарко из-за плохой термоизоляции движка. Приходилось кататься с распахнутыми настежь десантными люками и бойницами. Зато сейчас, в мороз, этот конструкционный дефект очень даже был в тему.

Развалившись в креслах-консолях, закреплённых почти по всему периметру броневика, мы чувствовали себя вполне комфортно. Кто-то даже похрапывал, убаюканный мерным перестуком движка и беспрестанным покачиванием транспортёра. Не портила благодати даже насквозь пропитавшая всё вокруг едкая смесь запахов машинного масла, подгорающего сцепления и ещё какой-то химозы.

— Братец, не хочешь ли для сугреву взварчику хлебнуть? — сидевший впереди орк, обернувшись, протянул мне стальной термосок. — На липовом меду да с живи-корнем. Его для меня леди Огни́на в дорогу приказала собрать вместе с другой снедью. Ох, и хорош взварчик! До кишок пробирает.

— Не, спасибо, и так вроде не холодно, — я сонно зевнул и подвигал немного затёкшими от долгого сидения ногами. — Хотя Огнине твоей, конечно же, респект и уважение. Собрала нас так, словно мы пешком на северный полюс собрались.

— Так всё верно, — довольно осклабился Тимон, сдвигая свою любимую красную шляпу на затылок. — Наша народная мудрость гласит: выходишь из дому на день, запасов бери на три. Неизвестно, чем дорога обернуться может. Ну а в чужом краю уж тем более.