Книга Фельдагент, страница 127 – Сергей Ильин

— Но ведь, когда Тимон спрашивал, кто хочет остаться, — совсем уже запутался я, — вы все выразили желание. Даже ты.

— Останься мы все, — кивнул капрал, — я бы организовал нашу оборону так, чтобы задержать противника наподольше и дать выжить хотя бы части бойцов. Но, уполовинив силы оставшихся, вы лишили их возможности уцелеть.

— По-моему, — немного обиделся я, — ты хочешь переложить всю вину на меня с братом.

— Хочу, — не стал отнекиваться капрал. — Но всего лишь её часть. Любая ноша, надо понимать, легче, если её разделить со спутником. Но ты, твоё чинство, не волнуйся, я без претензий. Пусть мне жаль ребят, но мне понятна суть и важность нашей задачи. И я давно свыкся с бременем любого командира, постоянно вынужденного посылать кого-то из своих бойцов на верную погибель.

— Вы чего там отстаёте? — Обернулся к нам Златопуп. — Неужто больше моего притомились?

Я, переваривая сказанное капралом, и не заметил, что мы с ним немного приотстали. Прибавил шагу и успокоил мехвода:

— Всё нормально. Просто переживаем с Варгонсо за оставшихся парней.

— Это понятно, — буркнул себе под нос гном, вглядываясь в озаряемое вспышками небо за нашими спинами. — Пулемёта что-то больше не слыхать. Конец, стало быть, скоро бою с воздухоплавами.

Про Матэо и остальных он не упомянул, но и так было ясно, что часы и минуты ребят сочтены. Не будет огня бронеходов, и эльфам ничто не помешает высадить любое количество десанта.

— Давайте-ка поднажмём, братцы. — У Златопупа, похоже, открылось второе дыхание.

Поросшая редковатым сосняком местность была довольно холмистой. Спуски и подъёмы, даже плавные, здорово изматывали. Ещё и невысокий кустарник, почти целиком занесённый снегом, дико раздражал, постоянно цепляясь за ноги. Коротышке Златопупу, мне казалось, было тяжелее всего. Я думал, придётся из-за него новый привал объявлять, но гном, напротив, даже хрипеть перестал. Топал вперёд за орками, как заведённый.

Очень мощный взрыв позади заставил нас всех оглянуться. Мы как раз приближались к вершине очередного холма, так что заметить сильный пожар вдали не составило труда.

— Всё, последнего «Каракурта» сожгли, — глядя на всполохи пламени, выразил очевидное Златопуп. — Некому больше ребят прикрывать.

— Ты уверен, что не хочешь передохнуть? — глянул я с сомнением на гнома.

— Теперь уж не до отдыха. — Мотнул тот бородой. — Убираться надо да поскорее. Отдыхать после будем. Как у нас в народе говорят, чем тяжелее работа, тем вкуснее ужин. А чем длиннее путь, тем мягче перина. Не хотелось бы мне, чтоб егеря догнали нас раньше, чем доберёмся мы до наших позиций. Или, при худшем раскладе, хотя бы девку эту вашу подлючую прикончим.

— Вижу её! — Тимон, первым поднявшийся на самый гребень холма, ринулся вперёд, не дожидаясь остальных.

Другая сторона холма, как выяснилось, в силу своей каменистости, не имела почти никакой растительности. Видимость для ночи отличная, а вот о быстром безопасном спуске можно было только мечтать. Однако Тимон мчался вниз, совершенно не думая о возможности переломать кости, оступившись или застряв ногой в какой-нибудь скрытой под снегом расщелине.

Причина всплеска его энтузиазма, перебравшись через низину, торопливо карабкалась вверх по следующему, такому же лысому, как наш, склону. И это был уже даже не холм — скорее, гора. Пусть и не особо высокая, но вытянутая поперёк нашего пути и с обеих сторон плавно преходящая в другие, ещё большие возвышенности, образующие самый настоящий горный хребет. Видимо, поэтому Вратка и решила, что перебраться через гребень здесь будет куда легче и быстрее, чем обходить препятствие стороной.