Книга Рубежник, страница 39 – Дмитрий Билик

Интересно, очень интересно. Нет, что нечисть может влиять на сознание и самочувствие людей я знал. Только чего делали черти? Нужно бы у беса спросить, чем они таким могли заниматься. И, что еще важнее, могли ли они напасть на меня. В какой-то момент я почувствовал, что подобное вполне вероятно. И будь их побольше, это точно бы произошло.

Что в очередной раз подтвердило, что в городе нельзя расслаблять булки. Хотя, это я уже и так понял.

За все время единственной адекватной нечистью, за исключением моего беса, стали виттры. Их я встретил на самой окраине.

На вид это оказались обычные люди, только маленькие, ростом не более двух ладоней. Даже одеты, как люди, разве что кафтаны и штаны невероятно старомодные. Хотя, странно употреблять в одном предложении слова «модный» и «кафтан».

Увидев меня, они не стали разбегаться. Да и куда им было. Позади, на большом пустыре виднелись их такие же крохотные домишки. Видимо, здесь у них располагалась деревня.

Более того, самый старый из них приподнял шляпу и слегка поклонился. Я ответил ему тем же, разве что головного убора у меня не оказалось.

Забавный народец. Судя по всему, людей не боятся, хоть на глаза и не показываются, да и с рубежниками у них нормальные отношения. Будем знать. А то я уж подумал, что вся нечисть только и живет тем, чтобы тебе напакостить.

Уже потом Григорий объяснил, что виттры нормальные. Родом они из Суоми, словом, чухонцы. Но из-за доброго нрава и умения со всеми договариваться постепенно расселились и на русских землях возле границы. Характер у них добрый, сами спокойные. Пасут скот, делают сыр и творог. Ну и ряд других молочных продуктов. В общем, не такие «мудаки, как цверги». Чтобы это не значило.

Два раза за все время я встретил рубежников. Понятно, что в обоих случаях, они были сильнее меня, но не дотягивали по мощи промысла до того же Вранового. Первый раз это оказалсь бабка с сумкой-тележкой. Такую можно встретить в любом автобусе в шесть утра. Теперь я хотя бы знаю, кто это и что ими движет выбираться из дома в такую рань.

А второй — гладко выбритый мужчина в деловом костюме. Сказать, что он выглядел солидно, ничего не сказать. Какой-нибудь сотрудник крупной корпорации, не иначе. Я даже искренне удивился, что он рубежник. Григорий же объяснил, что ничего такого в этом нет.

Многие «из нас» со временем к хисту привыкают. У кого-то условия для его роста сложные. Я вспомнил тот же пример про кровь девственниц. Такие рубежники могут получить пару рубцов, да на этом останавливаются. Живут они в городе, присягнули на верность воеводе, поэтому им ничего не угрожает.

Я как это услышал, первым желанием было побежать к тому самому воеводе. Вот только стоило об этом подумать, как в голове слова старухи прозвучали: «Не высовывайся до поры, пока хист с телом не свыкнется». Да так мощно, что даже в висках закололо. Я понимал, что это такое. Хист мне подобным образом намекал, что это очень плохая идея и делать так не нужно. Понял, не дурак.

Хотя это меня и смутило. Григорий говорил, что каждому новому рубежнику надобно на поклон сходить. Вроде как прописаться. Так и так, теперь живу в вашем городе (населенном пункте). Если деревня, то к старосте, если городок — к воеводе, если столица — то уже от твоего ранга зависит. Понятно, что с одним-двумя рубцами тебя к князю не пустят.