Книга Специалист по нечисти, страница 56 – Дмитрий Билик

— Ага, а еще девушки доступного поведения. Знаю я эти ваши мужские посиделки!

— Откуда? — вырвалось у меня на автомате.

Ольга на миг покраснела, но мне не удалось сбить ее с панталыку. Жена Костяна стала в предпоследнюю по степени закрытости позу — скрестила руки на груди и глядела исподлобья. Последняя степень бы была, окажись у нее дробовик.

— Оля, ничего такого. Там из всех мужиков — сосед, которому лет шестьдесят, да племянник.

— Племянник? — почему-то одновременно спросила чета Коротковых.

— Я же говорю, помимо дачи тетя оставила своего сына. Сказала, присмотреть.

Видимо Ольга поняла, что настолько изощренного вранья со стольким множеством деталей мне не придумать. Поэтому нерешительно кивнула. А зря, я в последнее время поднаторел в этом деле. Скоро в депутаты можно будет идти. От рубежного одномандатного округа.

— Ладно, — сказала она. — Я наберу по видеосвязи. И долго не задерживайся. Чтобы в десять был дома.

— Угу, тебе завтра в школу, — хмыкнул я.

Но то ли Ольга моего комментария не услышала, то ли мудро сделала вид, что я ничего не произнес. После коротких и непродолжительных напутствий: «много не пей», «веди себя прилично» и «опоздаешь — убью», Костян оказался в машине. Сияя, как начищенный пятак.

— Мотя, откуда в твоей буйной голове только фантазии такие берутся? — восхищенно спросил он.

— Ниоткуда, — ответил я, выруливая из двора. — Там правда племянник. И старик-сосед тоже будет. Хороший мужик, тебе понравится.

Лицо Костяна стало похоже на какой-то переспелый фрукт. Того и гляди расползется по швам.

— Какой племянник? У тебя же кроме бабки сроду никого не было!

— Я тоже так думал. А вот недавно нашлась тетка… Отсюда, кстати, с Выборга. Она в разводе, есть сын.

Честно говоря, я очень сильно парился над тем, как рассказать Костяну об изменениях в своей жизни. Если появление денег на машину еще как-то удалось оправдать, то с какого рожна я вдруг так резко переехал?

Спасение Митьки усложнило многие аспекты существования. Однако, вместе с тем упростило объяснение каких-то бытовых вещей. Теперь он был бастард короля, то есть, сын моей какой-то юродной тетки, поэтому и жил со мной. Точнее, я с ним. Не оставлять же несовершеннолетнего пацана в пубертате одного? В то время как его мать уехала в срочную командировку на неопределенный срок.

— Если сын, то никакой это не племянник, а какой-то юродный брат. А вообще, шли их нахер! — дипломатично, как умел только он, заявил мой друг. — Шесть месяцев прошло со смерти бабы Веры?

— Прошло.

— Значит, фиг им, а не наследство. Но на всякий случай все равно шли нахер.

— У меня не так много родни, чтобы ею так легко разбрасываться.

А если быть еще точнее, то после смерти бабушки и вовсе никого не осталось. О родителях я вообще ничего не знал. Стоило о них заговорить, как у бабушки в глазах появлялись слезы, и она резко меняла тему разговора. Я решил, что с ними случилось что-то не очень хорошее. А со временем и смирился. От постоянных вопросов все равно же папы с мамой не появится.

И если бы вдруг оказалось, что у меня есть тетка, то ее бы я, конечно, слать никуда не стал.

Костян после моих выдуманных историй слегка надулся. Видимо сначала он решил, что я везу его на бесшабашную вечеринку с блекджеком и гуриями. А оказалось, что это в прямом смысле обещанная «поляна». Хотя Костя настаивал на слове «шляпа».