Книга Княжий человек, страница 54 – Дмитрий Билик

А еще — я не знал, какая сила заключена в очках. На что она направлены. Вот забавно, с кольцом сразу понял. Будто наитие какое-то. Тут же оставалось только гадать. Интересно, а кто сможет определить, что это за артефакт? Вэтте? Так они вроде торговцы.

— Что скажешь, Матвей? По душе ли тебе вещи пришлись?

— Вещицы хорошие, — обернулся я к кикиморе. — А тебе не коробит, что они раньше хозяйке принадлежали, а теперь я буду использовать?

— На то они и вещи, — пожала сутулыми плечами Марфа. — Не в них память о человеке. Да и кое-что прежде другим принадлежало.

Внутреннее чувство мне подсказывало, что нечисть сейчас точно говорит об очках. Блин, вот не будь там даже денег и всего остального, а только окуляры, то я бы все равно попался на крючок. Тянуло меня ко всему неизведанному. Может, потому и судьба мне встречу со Спешницей подсунула? Что называется, даже случайности в нашей жизни не случайны, а скорее закономерны. Что ты несешь в мир, тем он и отплачивает.

— Давай договоримся на берегу, Марфа. Мне вообще кикимора не нужна. У меня полный комплект по нечисти. Порой мне кажется, что даже перекомплект.

Я выразительно посмотрел на Гришу, а он не менее выразительно перевел взгляд на Митю. Мда, с беса как с гуся вода.

— Поэтому, я тебя беру на время, грубо говоря, на передержку. Как только смогу другого хозяина найти, так сразу и поступлю. Пойдет?

Кикимора задумалась, однако после долгих колебаний все же кивнула.

— Идет. Только поручкаться надо, Матвей. Пока человек мне не приглянется, служить ему я не пойду.

— Хорошо, но и у меня условие. После трех отказов уже мне решать, куда тебя пристраивать. А то так всю жизнь будешь выбирать.

Все же хоть чему-то история с риелторами меня да научила. А то действительно, Марфа это здесь такая покорная и на все согласная. А как до дела дойдет, может норов показать. Я этих женщин знаю, в газетах про них читал.

— Только и он сам захотеть должен, чтобы взять меня — не сдавалась кикимора.

После непродолжительного заключения нового договора, который включал не особо важные поправки, мы все же пришли к устраивающему всех соглашению. Таким образом, кикимора оставалась проживать у меня до момента, пока я не найду ей нового хозяина. Я же не буду ее бить и склонять к противным ее натуре действиям.

По поводу последнего я думал всякое пошлое — все-таки сожительство с бесом дало свои плоды. Оказалось все гораздо прозаичнее. Кикимора не стряпала, не стирала, не убиралась по дому. А вот все, где надо было шить и прясть — это только в путь.

Лично я считал, что и последним ее озадачивать не буду. Что-то подсказывало, что еще хуже все выйдет. Покушать уж и сами приготовим. У меня вон и бес намострячился стряпать, хотя тоже поначалу выкобенивался.

В итоге, мы все-таки ударили по рукам. Из неприятного, меня чуть поцарапали длинные потрескавшиеся ногти. Вот постричь их я точно заставлю.

Как только мы добрались до двери, вышла небольшая заминка. Мы все покинули дом, а кикимора осталась внутри, жалобно позвав меня.

— Матвей…

Вместо меня по лбу хлопнул бес. И сразу объяснил.

— Если ее сюда рубежница привела, то кикимора, получается, к дому привязана. Как домовой тот же или банник. Сколько историй было, когда изба сгорит, а нечисть на развалинах живет.