Книга Путешественник по Изнанке, страница 50 – Дмитрий Билик

Да, что-то хист стал играть со мной дурные шутки. С полоборота завожусь и влетаю туда, куда можно было спокойно войти. Очень тревожный звоночек. Надо бы пустырника попить.

Вот и сейчас, глядя на поднимающегося дворового, я понял, что как-то уж опрометчиво поступил. Хотя, что я сделал? Ровно то же самое, что и он. Причем, даже его рога не трогал. По той причине, что у него их не было.

Терентий Павлович, теперь уже в помятой и грязной рубахе, подступился было ко мне, открыв рот для возмущенного высказывания. А нечисть рядом с ним замерла, готовая слушать своего великого вождя.

— Все видели⁈ Все⁈ Этот рубежник ударил меня!

— Разве? — прозвучал знакомый голос позади. — Ты вроде, типа, первый до него дотронулся. В иные времена подобное считали нападением. И, типа, за это и отхватить можно было. Ты и отхватил.

Я повернулся и обнаружил подле себя Морового. Тот кивнул, ехидно улыбаясь. Мол, здорово, как сам? Надо же, что называется, искал медь, а нашел золото. Но что еще интереснее, от казарм дружинников к нам направлялись рубежники. И Ася была среди них.

Как говорят оптимисты? Во всем надо искать плюсы? Если бы не эта перебранка с дворовым, я бы не привлек внимание княжих людей.

— Да его нечисть… — начал было Терентий Палыч.

— Нечисть на то и нечисть, — лениво отозвался Моровой. — Она же тупая. К тому же, хозяин беса вины не отрицает. И даже, типа, виру внес. Или ты хочешь сказать, что бутылка настойки и твое внимание стоят дороже пяти монет серебром?

При этом Федя будто невзначай вытащил со Слова ту самую рогатину, которую я видел во время охоты на водяных лошадей. Вроде как, будешь вести себя плохо — быть беде. Да к тому моменту и остальные рубежники подошли, с любопытством поглядывая на перебранку.

Да, заматерел Моровой. Еще недавно был тенью Печатника, а теперь уверенность откуда-то взялась. А ведь всего лишь рубец взял. И сразу какие изменения.

Вот и сейчас — сказал, как отрезал. Еще и потроллил дворового, брякнув, что вся нечисть тупая. Говорил не о нем напрямую, но все все поняли. Вот и Терентию осталось лишь скрипеть зубами. Однако сделать он ничего не мог. Оттого дворовой только рукой махнул и тут же несколько его подопечных кинулись собирать монеты. А сам быстро пошел прочь.

— Зря ты с ним, поцапался, конечно, — заключил Моровой. — Нечисть он неприятная, но полезная. Да и связей кучу имеет. Я вот, типа, за тебя заступился, но лучше бы, чтобы он тебе нос расквасил или еще чего.

— Скорее бы уж он сам зубов не досчитался.

— Вот я и решил, что типа так будет. Поэтому вмешался. Но теперь смотри, на одного врага больше стало. Терентий Палыч не успокоится, пока не отомстит.

— Одним больше, одним меньше…

Сам же я протискивался к Асе через толпу рубежников. Они до сих пор не верили, что все закончилось и теперь разочарованно беседовали. Кто-то спрашивал, с чего все началось, другие интересовались конечным гамбургским счетом. Такое ощущение, что сегодняшняя мелкая стычка обрастает разным подробностями, которые к реальности будут иметь весьма далекое отношение.

Я между тем протиснулся к Лучнице. Ну, что называется — момент истины. Я шагнул навстречу, раскинув руки.

— Ася, ряд видеть.

— Матвей! — двинулась ко мне она.

И не обманула ожидания. Ее пальцы машинально сжали мои ягодицы. Не скажу, что привык, но в том числе после сегодняшней ночи подобная практика уже не доставляла мне такого дискомфорта, как раньше. К тому же, может, у нее в семье так принято здороваться. И плевать, что все дочери и росли без отца.