Книга Путешественник по Изнанке, страница 60 – Дмитрий Билик

— А мы этого узнаем, хозяин? — подал голос бес.

— Ага, он будет стоять в белом пальто с журналом «Огонек» в руке.

— Тогда хорошо, — не понял моего сарказма Гриша.

Как по мне, вопрос глупый. Нет, усадьба в это время года действительно пользовалась спросом. Сюда привозили туристов, но я был уверен, что перевертыш обозначит себя. По-другому он не мог, после данного зарока.

Все оказалось проще. Видимо, в обед у туристов была пересменка или еще что-то. Однако единственным, кто оказался у усадьбы — подтянутый высокий парень приятной наружности. Разве что он него фонило рубежным хистом. Я остановил Зверя неподалеку, не глуша мотор, и лениво откинулся на кресле. В сторону «незнакомца» даже не смотрел. Разве что сказал, чтобы Гриша лез назад.

И довольно скоро «человек» сам подошел к машине, без лишних слов открыл дверь и сел на пассажирское место. А я нажал на педаль газа.

— Во-первых, у тебя осталась моя вещь. То самое кольцо.

Перевертыш стянул с пальца украшение, хотя я мог поклясться, что секундой назад его там не было. Иллюзии.

— Матвей, только не используй его. Мне…

— Дискомфортно, я понял. Ну, раз уж ты знаешь мое имя, будет и во-вторых. Кто тебя проинструктировал на мой счет и что ты должен был узнать?

— Кто — не могу сказать. Зарок дал.

— Шуйскому? — спросил я.

Перевертыш почему-то улыбнулся и отрицательно помотал головой.

— Одной женщине, рубежнице. Я с ней работал. Большего сказать не могу. Не потому что не хочу, а правда не могу.

— Она с Шуйским?

Доппельгангер ничего не стал говорить, лишь легонько кивнул.

— Ты можешь превратиться в кого-то другого? Меня этот слащавый тип бесит.

— Хорошо.

К моменту, когда он договорил, рядом уже сидел потрепанный жизнью старик с жидкими длинными волосами. Правда, улыбка теперь выглядела скорее грустная, чем довольная. А крут перевертыш, прям мастер. В каждом образе чувствуется жизнь.

— Что ты должен был узнать о реликвии?

— Ничего. Мне сказали убить тебя. Но я решил, что лучше сначала выведать об артефакте.

— Пацан к успеху шел, не фортануло, не свезло, — заключил я.

— Меня бы тоже убили после выполненного задания. Это я понял уже потом, когда было поздно что-то менять.В любом случае, есть время разбрасывать камни, есть время их собирать. Лучше скажи, Матвей, что ты задумал на мой счет?

— Хочу устроить маленькую гражданскую войну. И для этого мне нужен перевертыш. Скоро мы отправимся на аудиенцию к одной важной нечисти. Ты пойдешь со мной. Посмотришь, как она выглядит, а потом…

— Я в обличье этой нечисти сделаю что-то одиозное.

— Какое? — не понял я.

— Вызывающее неприязнь. Я специально избегаю слов «хороший» и «плохой». Для нас эти понятия не совсем подходят.

— Одиозный, — покатал я слово на языке. — Ну, можно сказать и так. Это претит твоей тонкой душевной организации?

— Нет, делал я вещи и похуже. Что потом?

— Потом я дам тебе денег, а леший тайными тропами выведет отсюда. Мне кажется, прекрасная сделка.

— Любопытная, — кивнул перевертыш. — Хотя я не совсем привык верить рубежникам. Они часто разрушают старые союзы во имя новых.

— Я не типичный рубежник. И если сказал, то так и будет.

— И даже не будешь припоминать, что я пытался тебя убить?

— Меня кто в последнее время только не пытался убить. Выяснилось, что с некоторыми из них вполне можно общаться и договариваться. А те, кто считались друзьями, только и ждут возможности воткнуть нож в спину.