Книга Ведунские хлопоты, страница 52 – Дмитрий Билик

— В берендея обернулся, что ли? — догадался я.

Тот кивнул, но менять личину не стал. Я же попрощался с лешим и махнул доппельгангеру на свободное место. И пока мы выезжали на трассу, рассказал в общих чертах наш план действий.

— А дело основное когда делать будем? — хмуро отозвался мужик у меня в машине.

— Завтра или послезавтра. На днях. У меня потом у самого времени не будет. Сделаем и уходи на все четыре стороны. Чего смотришь, не доверяешь?

— Рубежники всю доверялку за мою жизнь обкорнали. Новая не выросла еще.

— Я же пообещал, что как только с делами разберемся, можешь валить на все четыре стороны. Чего ты дуешься?

— Оставил меня в этой глуши. С берендеем проклятым. Он даже человеческий язык почти забыл, больше рычит.

Наверное, прошлому Матвею стало бы стыдно. Тому, кто назывался ведуном и по странному стечению обстоятельство тоже носил фамилию Зорин, даже грызть ничего не стало.

— А ты не попутал, дружок-пирожок? Это ты покушался на жизнь одного рубежника и подчинил волю целого воеводского ратника. И теперь предъявляешь мне, что тебе предоставили не пятизвездочный отель, а компанию медведя-оборотня в лесу? Ты вообще должен ноги мне целовать, что я тебя не сдал и не убил. А вместо этого бычишь еще!

Есть такие люди, вернее, как выяснилось, существа, которые расположение или доброту воспринимают как слабость. И чем добрее ты будешь, тем наглее они станут вести себя. Лечится такое только хирургически. Ампутацией чужого эго под самое не балуйся.

Вот и перевертыш получив отлуп как-то сразу затих и посветлел лицом. Морщины разгладились, улетучилось любое желание спорить и чего-то доказывать. Он даже заискивающе спросил, как и что ему делать. В смысле, в какой момент выходить на арену в лучах софитов. Видимо, таким образом извинялся.

До дома мы доехали без всяких происшествий. Солнце медленно клонилось к горизонту, глядишь, через пару часов и вовсе скроется. Значит, и нам можно скоро выезжать. Я обмотал ноги козла веревками, на всякий случай, а потом отволок в багажник. Затем обстоятельно подумал, вспомнив детскую задачу про несчастное животное, капусту и волка, и решил все поменять. Достал гостинцы со Слова, уложив их в машине, а козла наоборот, засунул на чердак. Там от него точно вреда меньше, а тут или обшивку поцарапает, или нагадит.

Костян был занят — пытался отыграть несколько тысяч проигранных Мите в покер. Все-таки научил черта на свою голову. А вот Гриша маялся от безделья. Даже пару раз мимо меня прошелся, подозрительно обнюхивая незнакомца. Чуял хист нечисти, но не мог понять, кто же именно перед ним. Он в своей шальной жизни явно допельгангера не встречал. И наконец я позвал беса для того самого поручения, о котором говорил.

Гриша стоял, притихший и явно испуганный, под двумя парами внимательных глаз. Он не понимал, что происходит. Думаю, если бы мы поиграли с ним в гляделки еще пару часов, бес бы точно не выдержал. И начал сознаваться во всех смертных грехах.

— Вот в него, — сказал я перевертышу. — Бесы прислуживают рубежникам, поэтому особых вопросов не возникнет.

— Резонно, — согласилась нечисть. И уже обратилась к Грише. — Ну-ка, пройдись.

Как бы не боялся бес опасного и сильного незнакомца, но подобное отношение стерпеть не смог. Глаза его налились кровью, а пальцы сжались в кулаки.