Книга Тайные поручения, страница 37 – Дмитрий Билик

* * *

Я не сразу понял, где нахожусь и что со мной случилось. Не сразу понял, что больше не являюсь той, кого сам все время называл нечистью. Что уже не юная дева, которой уготованы страдания на службе у крона, а снова являюсь Матвеем Зориным.

Лишь увидел встревоженного Форсварара держащего меня за плечи. Ничего себе, старику пришлось проделать такой путь — от собственного трона до меня. Щеки горели от слез. Даже непонятно чьих — моих или Юнии, а душа словно была разорвана на части.

Но самое ужасное, я правда не знал, как именно поступить. На одной чаше весов у меня был город. Целый город. На другой истерзанная судьба Юнии. Я поднял взгляд на Форсварара и чужим ломающимся голосом произнес.

— Я не знаю, что делать.

Какими бы ни были социофобами, интровертами, мизантропами, но людям нужны люди. Простая истина, от которой многие пытаются отказаться. И ни у кого не получается.

А рубежникам, живущим в мире тотального недоверия и лжи, люди нужны вдвойне. Поэтому я поддался первому желанию, которое, как выяснилось, оказалось самым верным — рассказал о своем внутреннем раздрае Форсварару.

И неожиданно… правитель понял мои терзания. Даже несмотря на то, что был здесь заинтересованной стороной.

— Проблема не в том, что ты не можешь принять решение. Проблема в том, что ты не в состоянии его озвучить.

Я кивнул. А потом дрожащим голосом сказал:

— Судьба целого города не может быть противопоставлена жизни близкого человека… существа.

— Скажи мне, что ты хочешь сделать с кроном?

— Убить! — ответил я, ни секунды не задумываясь.

— Насколько я понял, если ты что-то задумал, то рано или поздно это точно сделаешь, — ответил Форсварар. — У меня есть одна небольшая уловка, которая сможет подсластить этот корень крестсежа.

— Что за уловка?

— Старинное заклинание. Оно разделит часть страданий существа, которое будет служить крону. Для этого есть все — Скугга приняла тебя и выдала благословение. Даже если ты будешь в своем мире, местный рубец, который связывает тебя со Скуггой, станет связующей нитью. Проблема в том, что страдания сильной нечисти, которая к ним привыкла, для человека могут показаться нестерпимыми.

— Это самое малое, что я могу сделать для нее.

Форсварар кивнул и стал показывать мне форму заклинания. Такую сложную и замысловатую, что на изучение ее ушло больше десяти минут.

— Ты можешь отдохнуть, набраться сил.

— Чем дольше я откладываю это, тем делаю только хуже, — ответил я правителю. — Суть не изменится. А пленники могут погибнуть.

На прощание я кивнул Форсварару, вышел из цитадели и самым решительным шагом направился к выходу из города. Несмотря на гнев и решимость, чувствовал я себя отвратительно. На душе скребли не кошки, а те ужасные создания крона, пробуя своими жвалами меня на вкус.

И еще я старался не думать, что сделает с Юнией бог. Потому что фантазия рисовала картины чудовищных страданий. Что любопытно, Лихо после вторжения в мою голову, напротив, успокоилась. Сначала я думал, что это усталость, слишком много она выплеснула сил. Однако выяснилось, что нет. Видимо, это было тоже своего рода психотерапией. Юнии просто сложно было нести всю боль и страдания одной. А когда она поделилась, ее немного отпустило. Чего нельзя сказать обо мне.