Книга Сумеречный пет, страница 40 – Дмитрий Билик

— Стойте, – предупредительно вышел вперед десятник, а остальные воины обошли полукругом, всем своим видом показывая, что придется притормозить.

Так, у меня складывается ощущение, что сегодня вообще не мой день. Явно какой-нибудь багровый Марс в созвездии Стрельца или стадо сумасшедших черных кошек перебежало дорогу, а я не заметил. Но чем дальше, тем хуже.

— Командир, какие проблемы?

— Приказано задержать человека до прихода тысячника. Серблуг, беги во дворец.

Итак, хорошие новости – со мной разговаривают, что-то поясняют и не тащат сразу в тюрьму. Плохая – я зачем-то понадобился тысячнику. Вряд ли чаек попить под малиновое варенье, да поболтать о том о сем. Подумаем ­– Брухто Свистун ранен, в ближайшее время будет подлечиваться, второго генерала я ненароком выдал и не факт, что он сейчас вообще жив. Остается последний, тот самый, который говорил о Эу «моя девочка».

На дальнейшие мои попытки завязать светскую беседу десятник отмахивался односложными фразами, а иногда и вовсе бычился, бубня: «Приказано ждать, ждите». А что мне оставалось? Попробовать прорваться силой? Допустим, я могу взять в заложники командира, пригрозив или даже наложив на него Прикосновение ротозея, оно еще вчера восстановилось. И что потом? Даже если выберусь на пастбище и прорвусь к тоннелям, какой толк? Без еды, воды и крыши над головой, один на один с мертвяками. С личами еще ладно, но вот топороносцы продыха не дадут. А тут получится, что и возвращаться некуда. Остается только ждать и надеяться на свое красноречие – не игровое, а развитое в реальном мире.

Тысячник не торопился. Может, принимал ванну, пил свой кофе или занимался не менее важными делами. Но я уже мысленно несколько раз себя повесил и четвертовал – спасибо буйной фантазии – пока не услышал шаги, отражающиеся гулким эхом от каменных стен.

— Эу, блин, ты как раз вовремя, – кинулся я навстречу своей знакомой. – Тут меня зачем-то тысячник вызвал. Вон тот, – указал я на десятника, – отправил вот этого, – палец переместился на гно, шествовавшего впереди воительницы. Погоди-ка…

Я уставился на новенькие, подогнанные под Эу наплечники, и на челюсть с непреодолимой силой вдруг начала давить сила земного тяготения. Все бы ничего, если часть доспеха не оказалась адамантовой.

— Так ты теперь…

— Тысячник, – Прыг-скок нервно улыбнулась, явно еще морально не готовая к новому повышению. – Первая женщина-гно тысячник за все время правления Дриина.

— Ну-ка давай рассказывай, – я расслабился и мысленно отпилил толстую веревку от несуществующей виселицы.

— Ты же знаешь о предательстве прошлого генерала. А когда освободилось место, стали рассматривать тех сотников, кто защищал короля.

— И выбор остановился на тебе.

— Я честно не знаю, почему так решил Его Величество... Но это не из-за того, что мой отец тысячник, – поторопилась оправдаться она.

— Твой отец тысячник?

— Приемный отец, – уточнила Эу. – Сунис Прыг-скок, тысячник Его королевского Величества Дриина Крепкорукого, преданный слуга короля вот уже триста семьдесят пять лет.

Ну слава богу, значит, тот старый гно не из тех, кому бес не дает покоя в ребрах.

— Это все хорошо, а со мной зачем хотела поговорить?

— Поблагодарить. Если бы не ты, то неизвестно чем бы все закончилось.