Онлайн книга «Сумеречный пет»
|
Урон: 46 (+6 от достижения «Копьеносец»). Броня: 10 (+10 «Грива льва»). В ведь действительно, вокруг шеи мантикоры теперь виднелся легкий пушок, который со временем грозился превратиться в роскошную растительность. Значит, это будет давать пету броню, неплохо, очень даже. Подошел к личу, этот был даже побольше первого, и с помощью Борга переместил в мешок Сферу пламени. Эффект у нее был сходный с первой, только вместо молний на волю вырывался огонь. Сапоги по сложившейся традиции отдал Крушиголову, а вот последний артефакт без зазрения совести заграбастал себе. Мантия магического спокойствия Классовое. Только для волшебников. +150 маны + 3 к Магическому воздействию + 3 к Концентрации + 7% к защите от атак огнем. Знаю я одного фейру, которому этот плащ с барского плеча очень понравится. Понятия не имею, что это за колдунские таланты, но зуб даю, что очень важные и любому уважающему себя визарду без них никуда. Плюс, все-таки полторы сотни маны лишними никогда не бывают. Помянул про себя лича потряхиванием восьмидесяти золотых и уселся на задницу ждать восстановления Ошеломления. — А этот Клойл, король мертвяков, родной брат Дриина? — Родной, младшенький, – уселся рядом Глостер, любовно поглаживая арбалет. – Тяжело ему было. — Почему же тяжело? — Почему? Ну может, потому что раньше, помимо прозвища Крепкорукий, Дриина звали Первопроходец, Победитель Трех Островов, Навигатор Семи Морей, Убийца Бешеных Драманов. А Клойл всю жизнь был просто Клойлом, тенью своего могучего родственника, тяготившийся величием Старшего. Вечная проблема младших братьев… — Разве? Я думал, братья всегда заботятся друг о друге. — Одно другому не мешает. Думаешь, Дриин не пришиб бы любого, кто косо посмотрел на Клойла? И глазом бы не повел. Но когда дело идет о королевском троне, о славе и памяти в веках и… женщине. — Так Клойл был влюблен в Намберту? — Ходили слухи, – уклончиво ответил Глостер. – Но все затихло после женитьбы Дриина. Все-таки попусту болтать языком о женщине это одно, а о жене короля – другое. Тут и головы можно лишиться. — Жалко, не за всеми женщинами такая защита от твоего длинного языка, – ухмыльнулся Борг, примеряя сапоги на себе. Зря, между прочим, тоже классовые. – К женщинам надо с любовью. — Ага, только куда-то вся любовь делась, когда все гномы разделились и стали убивать друг друга. Если это и есть вся сила любви, то к прислужникам Тайнори такую любовь. — Как ее звали, Глостер? – негромко спросил я. — Грофелия… кого? – Испуганно спросил гно и, не дождавшись ответа, достал толстый фолиант, явно свидетельствующий о богатой жизни мастера-лучника, и начал деловито листать страницы. Я откинулся на холодную стену и задремал. Унылость и однообразность убийств улучшенных гномов-личей компенсировалась ростом уровня пета. За оставшуюся часть дня мы прошли больше половины общего пути, попутно набивая руку и отрабатывая тактику до автоматизма на бедных и несчастных верховных визардах. Мы бы продвинулись значительно дальше, не останавливайся я после каждого моба для отката Ошеломления. Во время одного из таких привалов, по обычаю немного задремав, я услышал высокое недовольное мяуканье и тихий вкрадчивый голос Глостера. — Ну чего тебе стоит, всего лишь несколько волосинок… Куда ты? |