Книга Сердце Империи, страница 90 – Дмитрий Билик

Паруса, точнее единственный и большой парус, был молниеносно снят, а гребцы вкупе с барабанщиком заработали с такой силой, словно хотели избавиться от всей молочной кислоты в своих мышцах. Подгадав нужный момент, я подскочил к капитану.

— Не припомню тут такого шторма, — хмуро ответил он, — будто сами Боги противятся нашему путешествию. Если до нас доберутся основные волны, придется туго. Да вдобавок сносит еще дромон к острову. Но делать нечего, будем огибать справа. В случае чего, доплывем до острова.

До какого-такого острова, я спросить не успел. Захлестнувшая волна чуть не прибила меня к борту, хорошо, что Хло оказался рядом. Да и капитан больше дискутировать не желал. Он побежал к рулевому, что-то крича и размахивая руками.

Все-таки в профориентации командира судна я сомневался зря. Нас еще с час бросало по волнам, но все же мы вышли из шторма. Ветер был еще крепок и свеж, так, что парус по-прежнему не рисковали поднимать, однако чудовищная болтанка утихла. К тому времени дромон окутала мгла, и даже переносные фонари не в силах были ее разогнать. Одно время суетился Кейша, бегавший куда-то в носовую часть корабля — то ли к капитану, то ли в гальюн, но я уже перестал обращать внимание. Тихонько устроился на одном из многочисленных топчанов и заснул.

Мне казалось, что я буквально задремал на несколько минуток. Каково же было удивление, когда открыв глаза, понял, что мир вокруг разительно изменился. Стих шум борьбы человека (простите, драмана) со стихией — теперь эти самые борцы мирно храпели рядом, корабль стоял неподвижно, а его бок нежно освещали лучи только показавшегося из-за горизонта солнце.

Я поднялся и обнаружил самое главное. Мы пристали к земле. Вряд ли к материку, Тео говорил, что до него минимум два дня пути. Да и меньше всего этот пустынный берег походил на причал Ильтерстоуна. Хотя почему пустынный? Вон Кейша со своими подельничками общается, судя по внешнему виду, таким же отребьем. Я хотел сказать — благородными джентельменами со свободными взглядами на торговлю в Империи.

Ох, как не хочется в холодную воду. Я прошелся к носовой части корабля, занялся вполне естественными делами, с которых и начинается утро (а никак не с кофе — реклама врет) и коснулся Обиталища. Кора выскочила, как разъяренный черт из табакерки. Мы с Хло едва успели взобраться на нее, как она, ругаясь и рыча на своем кошачьем, взмыла в воздух. Да еще сделала пару кругов, прежде чем приземлилась на песке. Мы спешились, а пет снова поднялся в небо, теперь так просто ее обратно не загонишь. Ладно, пусть маленько полетает.

Вы прибыли на остров Эльда.

Контрабандисты, и мои, и новенькие, явно струхнули, провожая пета уважающими и опасливыми взглядами. Поэтому Кейша опомнился не сразу, а когда пришел в себя, тут же представил меня своим друзьям.

— Это Крил, наш старый друг, — при выражении «старый друг» меня чуточку перекосило, но я сдержался, — а это Лэт, Дреег, Вильроф, Бассамэй…

Я еще с полминуты слушал имена неписей без малейшего шанса запомнить хоть одно из них, прежде чем Кейша замолчал. Аборигены, поочередно представляясь, кланялись — видно для них звание Джентльмен Удачи значило явно больше, чем для меня.

— Можно тебя на минутку, — сказал я, хотя в моем предложении не было вопросительной интонации, — Кейша, что тут происходит?