Книга Межевик, страница 134 – Дмитрий Билик

— Да что ты, Миша, если бы не ты…

— Ладно, — отмахнулся я. — А то мы сейчас по второму кругу пойдем. Я не районный депутат, у меня от комплиментов чувство собственной важности не растет.

Я пожал руку Андрею, и мы вышли наружу. Самочинец направился к решеткам, то ли намеревался лично открыть Вите дорогу в нормальную жизнь, то ли отдать приказ отпереть клетку. А я зашагал к головешке, которая уже собрала вокруг себя приличную компанию местных и рассказывала какую-то познавательную историю.

— И тут этот самый тип, который, значит, в туалете заперся, как заорет: «Ни фига это было не аль денте!». Ха-ха-ха. Аль денте! А чего не смеетесь? Не смешно? Не поняли?

Да, по поводу познавательной это я немного погорячился. Колянстоун был в своем репертуаре. Не знай я его чуть лучше, так подумал бы, что он мне мстит. Какое там. Вот говорят, чтобы понравиться людям, надо просто оставаться собой, тогда вроде как все к тебе потянутся. Точно не случай нашей головешки.

— Ну хватит народ кошмарить, — попытался я взять Колянстоуна у одного из самочинцев, который держал того на уровне живота. — Надо выдвигаться.

Что самое интересное, получилось это не сразу. Потому что межевик сначала сильно удивился, если не сказать испугался. Да и головешка явно прозевала момент моего подхода. Интересно, очень интересно, это что, шляпа действует?

— Ой, тьфу ты, ты как ветер переменчив, то хереешь, то застенчив, — скороговоркой выпалил Колянстоун. — То я ему не нужен, то выдвигаться куда-то собрался. В мэры Ржева, что ли? А чего вырядился? — скосил он глаза на головной убор. — Ты в нем как этот, егерь. Вот, точно. В таком наряде только леших шугать. Скажи, Лер, а?

— И правда на егеря похож, — усмехнулась девушка. — Миша, мы тебя так и будем звать, егерь.

— Да какой я егерь? — пришлось для убедительности даже пожать плечами. — Я городской, леса не знаю.

— Это дело наживное. Так, значит, уходишь?

Мне даже как-то неудобно стало от этого единственного числа. Вообще-то мы уходили все вместе: я, головешка, Витя. Однако про моих спутников Лера почему-то забыла.

— Да, пора возвращаться.

— Задержался бы, надо же понять, куда Зверь пропал, — продолжила девушка, но смотрела не на меня, а куда-то под ноги.

— Андрей сказал, что его еще долго не будет видно. А там уж разберемся.

Головешка, которая все это время безропотно покоилась у меня на руках, наконец не выдержала:

— Да чего вы мнетесь, как семиклассники? Миша, я так скажу, когда баба тебе почти прямым текстом намекает, то нечего телиться, надо брать ее в охапку и тащить на сеновал. Лера, у вас тут сеновал есть?

— Совсем сдурел? — покраснела девушка. — Ничего я такого не намекала. Ладно, бывайте, идите аккуратно.

Она пошла прочь, слишком быстро и чересчур активно покачивая бедрами. А мы с головешкой еще какое-то время молча стояли, глядя ей вслед.

— Да, чуть-чуть я переборщил. Соскочила рыбка с крючка. Но тут ничего не поделаешь, я человек такой. Прямой. Почти как поручик Ржевский, сразу подхожу и спрашиваю, мадемуазель, разрешите вам впендюрить. Девять откажется, а десятая согласится. Знаешь как время экономит.

— Мне почему-то думается, что пропажа твоего тела как-то связана с женщиной. И она точно была одной из этих девяти.

— Все может быть, — загадочно пробормотал Колянстоун. — Сам понимаешь, народ нынче жутко обидчивый пошел. Слова лишнего не скажи. О, а вон и наш пончик подоспел, пора из духовки доставать.