Книга Оловянная корона, страница 87 – Дмитрий Билик

Только теперь он уже не прошлый Кристиан — мальчишка-Дамн, за которого и заступиться некому. Ученик Вегласа всех ветров. Так-то.

— Кристиан, — заговорил Роман Валерьевич, — я сколько раз слышал «столица», «столица», но ни разу никто не говорил, как она называется?

Дамн лишь усмехнулся.

— Потому что она никак не называется. Столица и есть столица.

— Почему?

— Сейчас покажу.

Они поднялись на пригорок и проехали через огромные ворота. Стража с дубами на груди не остановила их, лишь вопросительно подняла глаза на капитана серебрянокрылых, и тот просто кивнул головой. И всего-то! Никакого осмотра вещей, расспросов и длительного ожидания.

Отряд поехал по Вывороченной улице, бедному и унылому месту, обиталищу тех, кому не очень повезло в этой жизни. Местные старались не смотреть на серебрянокрылых, дабы не прогневать элитных охотников на разбойников, зато старика с Кристианом рассматривали с удовольствием. Роман Валерьевич, в свою очередь, с любопытством глядел на местный быт. Он отметил сточные канавы с помоями, ведущие к выгребной яме, маленькие землянки, воткнутые где попало без всякого порядка, замызганных толстых женщин в замызганных фартуках у корыт с грязной водой и худых загорелых мужчин, тихо переговаривающихся между собой.

Чуть поодаль, где угадывался перекресток Пяти Войн, возвышались две гигантские скульптуры. Старик с толстыми щеками и роскошной бородой отводил щитом удар копья молодого полуголого мужчины с жилистыми крепкими руками. Ныне скульптуры были в плохом состоянии — лица загажены птичьим пометом, от одной ноги до другой натянута веревка с мокрым бельем, а причинные места натерты до блеска.

— Мормунт Оттойл и Цирвинг Оттойл, — указал Кристиан рукой учителю. — Отец Семьи и молодой король. Оба сильные и честолюбивые по-своему. Но сошлись они в другом — каждый хотел провозгласить столицу в свою честь. Пять раз они сходились в этом месте, и пять раз никто не мог одержать верх. Пока все три Верховных Жреца не сказали: первый, кто наречет своим именем город, будет отречен от всех Богов и станет изгнанником.

— Интересный способ, — согласился Роман Валерьевич. — И что, они успокоились?

— Можно и так сказать. Цирвинг Оттойл умер от отравления, а Мормунт был осужден и казнен, ибо доказали, что он и отравил короля. Дом Оттойлов пал, и на смену ему пришли Энты. Только никто с тех пор даже не помышлял дать имя столице. Столица она и есть столица.

— Кристиан, откуда ты все знаешь?

— Недалеко от задней стены храма приходские школы для богатых детей. Там часто рассказывали интересные вещи. Если не шуметь, то можно было просидеть под окном почти весь урок.

— Ну ты прям Брэдбери кантийского разлива, — мягко улыбнулся Роман Валерьевич.

Кристиан ничего не сказал. А что тут ответишь, когда учитель опять со своими странностями?

Они проехали высокую, в три человеческих роста, статую усопших Оттойлов, миновали перекресток Пяти Войн, и Веглас окликнул капитана серебрянокрылых.

— Здесь наши пути расходятся, господин Чейн. Теперь вам надо ехать к коменданту Эйкерли, а мы с Кристианом пойдем дальше.

— Мы еще встретимся, Веглас? — спешился капитан.

— Я бы рад сказать до скорого, но мы не встретимся, — Роман Валерьевич пожал руку сиру Беккери. — Но, возможно, это и к лучшему.