Книга Беллум, страница 38 – Дмитрий Билик

— Надо лишь найти артефакт, который создал Алексей Мстислалавович и…

— Чего его искать? – не скрывая раздражения, ответил Олег. – Это ожерелье, которое находится на шее у Маши. Ее с ним хоронили. С ним она и восстала. Или вернулась. Вот только это знание ничего не дает. Думаешь, мы не пробовали с ним что-то сделать? Лешка был башковитым артефактором и предусмотрел все. Ожерелье невозможно уничтожить, как и тело мертвой невестки. Я пробовал многое.

— Нельзя все предусмотреть, – спокойно ответил я. – Если что-то подчиняется законам этого мира, надо попробовать законы другого.

— Что ты имеешь в виду?

— Тут нет смысла расскзывать, надо пробовать. Но у меня условие. Если все получится, ожерелье будет разрушено, а Алексей Мстиславович вернется, то я буду требовать соблюдения клятвы верности.

— Ты понимаешь, что этим убьешь меня? – задумчиво спросил Байков.

— Либо так, либо никак.

Больше всего я боялся, что Олег откажется. И что тогда делать? Возвращать отца Димона мне необходимо в любом случае. Без него план с предвестницей не склеивался. Он самое ключевое звено. И меньше всего мне нужно, чтобы об чудодейственном пробуждении узнал Уваров.

Если бы ни слова Димки, я бы в жизни не поверил о братской любви Олега к Алексею. Сейчас все козыри были в руках Байкова-среднего. Племянник должен ему уйму денег, поэтому им можно управлять по своему разумению. Новое предприятие тоже немыслимо без участия капитала семьи. А Олег так все грамотно сделал, что все деньги после вступления Димона в совершеннолетия перешли на его личные счета. Какой резон ему возвращать брата?

Да, главой фамилии тот вряд ли станет. Алексея Мстиславовича уже признали недееспособным. А процесс возвращения своих прав долгий, осложненный бюрократическими проволочками. Как и все у нас в стране, когда надо доказывать, что ты не верблюд. Но у отца Димона точно появятся вопросы. Почему, чтобы оставаться на плаву, приходится заниматься полукриминальными делами? Как из преуспевающего рода они скатились к практически нерукопожатным? (спасибо уголовному прошлому Олега, среди дворян такое не забывается). И вообще, где деньги, Зин?

С точки зрения рациональности и здравого смысла – Байкову-среднему не было никакого резона соглашаться. Но так уж устроен наш мир, что зачастую эмоциональная составляющая берет вверх над всем остальным.

— Я согласен, – ответил Олег.

— Тогда чего мы ждем? – пожал плечами я. – Короткая стандартная клятва и не будем откладывать возвращение в долгий ящик.

— Я, Байков Олег Мстиславович, обязуюсь быть верным Кузнецову Максиму…

— Олеговичу, – подсказал я.

— Олеговичу. И сделаю все, чтобы не нанести вреда ему своими действиями или бездействием. Обязуюсь помогать всеми ресурсами, которые будут в моих силах, когда Кузнецов Максим Олегович обратится ко мне. Но только лишь в том случае, если мой брат вернется к жизни, полный сил.

— Ты понимаешь, что этого не будет. Какое-то время ему банально понадобится восстановиться. Олег, давай не станем тратить время друга друга уловками. Либо ты соглашаешься на условия, либо мы расходимся.

Сказал, а от собственного блефа перехватило дыхание. Вот ответит сейчас Байков-средний, чтобы я шел куда подальше, и что делать. Бежать за ним и кричать, что я пошутил?