Книга Практикум, страница 6 – Дмитрий Билик

— Водяной бог, — терпеливо, насколько мог, объяснил домовой.

Что сказать, выглядел этот представитель неизвестного религиозного культа внушительно. Ростом он превосходил нас раза в полтора. Лицо склизкое, приплюснутое, словно у рыбы. На шее жабры, между пальцами перепонки, большая часть тела в чешуе. Я сначала подумал, что это самый обычный водяной. Ну, хорошо, не совсем обычный. Переросток. Вот только у водяных рыбьи хвосты, оттого они и на берег не суются. Наш новый знакомый уверенно двигался на своих двоих к испуганному Потапычу.

Кто это тогда? На водного элементаля тоже не смахивает. Того создают лишь отдаленно похожим на человека, не углубляясь в подробности. А этот был излишне детализирован. Даже срам не прикрыл. Хотя все функции элементаля он выполнял — стихия его слушалась. Вода в пруду вспенилась, поднявшись в воздух несколькими столбами, которые попеременно обрушивалась на пытавшегося безуспешно отступить к бане Потапыча.

Я терялся в догадках по поводу происхождения этого существа. А время меж тем уходило. Хорошо, что со мной был Мишка и его лоб, по которому он хлопал ладонью каждый раз, когда ведьмака осеняло.

— Это тритон. Полуразумное магическое существо, подчиняющее себе стихию воды.

— Они же вроде все вымерли, — засомневался я.

— Нет, сказано, что их не видели более четырехсот лет, — поправил меня Мишка. — Они вроде как взяли и исчезли.

— Выходит, этот красавец не полуразумный, а разумный, — хмыкнул Рамиль. — Решил зашухериться поближе к Москве. Я бы тоже так сделал.

— Хватит болтать, — прикрикнул я, — давайте Потапыча спасать.

Баннику действительно приходилось непросто. У него почти не осталось сил, чтобы сопротивляться стихийной магии тритона или пытаться убежать. А водяной здоровяк напротив, подался вперед, собираясь выбраться из пруда и задать Потапычу.

Как бы мне не нравились выходки банника, как бы не осуждал его методы выстраивания отношений с различными существами, раздумывать над тем, спасать его или нет, попросту не стал. Этот дуралей почти родственник — старенький, больной деменцией дядюшка, который появляется при гостях без штанов и доставляет кучу хлопот.

Первым наперво в тритона прилетел здоровенный камень, составленный в свою очередь из более мелкой фракции. Ну да, есть у меня такая привычка, бросать разные предметы в полуразумных почти вымерших монстров. Тритон покачнулся и переключил внимание с банника на незадачливого волшебника. Понял, был не прав. Щас верну камешки, мне надо срочно облачиться в доспех.

Однако мощная струя, вырвавшийся из невидимого брандспойта полуразумного, не достигла цели. Вода стала растекаться в паре метрах от меня, словно наткнувшись на преграду. Ответом на вопрос: «Какого…?» стал пыхтящий рядом Мишка. Ну да, водяной щит. Маг воды против собственной стихии, ну, или наоборот. Однако Максимов меня сразу «успокоил».

— Макс, он очень сильный, я так долго не продержусь.

Ну да, я почему-то всех мерял по себе. А Мишка обычный соискатель. Против такого древнего существа, да еще и действующего как волшебник, он долго не продержится. Байков тем временем пошарил в пространственном кармане и достал массивный медный обруч, который тут же надел на руку.

Не знаю, что это было и как называлось, но когда кулак Димона отделился от конечности и зеленым сполохом устремился к тритону, мне как-то поплохело. Несколько секунд понадобилось, чтобы понять — это какое-то особое заклинание. Вон и настоящий кулак Байкова остался на месте. Тот же, зеленый, похожий на легкое марево, немного разросся в размерах и попытался схватить тритона за шею. Без особых успехов.