Книга Временщик 2, страница 160 – Дмитрий Билик

— Щас зайдёт, — потянула за руку вниз Рис.

— Значит, пора, — вытащил я тысячу.

Официант теперь совсем не сводил с нас глаз. Но я помахал купюрой и положил её на стол, придавив кружкой пива. Поднялся, хотя всё моё существо желало больше всего пригнуться в три погибели и шустрым гусиным шагом броситься к чёрному входу. Да и Рис, судя по всему, хотела максимально быстро и безопасно попрощаться с Моросом. Но не судьба.

Я применил на себя два Покрова, понимая, что они не смогут защитить от убойных заклинаний. Глубоко выдохнул и приблизился к выходу. Всадник был снаружи, уже шагах в трёх от порога. Нас теперь разделяла всего лишь одна дверь, обычная, тамбурная. Низ из пластика, верх из толстого стеклопакета, поэтому я видел ухмыляющееся лицо Всадника. Вот он уже тянется к ручке, ещё шаг.

Самое забавное, что никакого взрыва не последовало. Просто Мороса внезапно подбросило в воздух как тряпичную куклу. Ещё в полёте с него стали осыпаться жёлтые сполохи — остатки защитной сферы, волшебного аналога Покрова. А уже, когда Всадник грохнулся посреди дороги, слетели голубые искры.

— Рис, пора!

Мы походили на бобслеистов, взявших разбег и теперь спешащих усесться в сани. Только вместо последних был явно испуганный зев, что даже вновь стал видимым. Я вскочил на «лошадку», быстро наматывая ремни на руку, Рис прижалась сзади, плотно обхватив за то место, где у меня должна была быть талия.

В последний раз обернулся на Мороса. Вокруг того уже остановились автомобили, из некоторых даже повыскакивали водители с желанием оказать помощь. А Всадник приходил в себя, приподнявшись на локте и водя вокруг мутным взглядом. Я выждал ещё секунду, чтобы он точно нас заметил, а потом ударил пятками по лоснящимся чёрным бокам зева. И гонка началась.

Я двигался бодрой рысью мимо потока машин, ловя удивлённые взгляды автомобилистов. Ну да, даже в лёгком разминочном беге зев мог дать фору любому полноприводному внедорожнику. А когда тебя, как стоячего, обгоняет старенькая шкода, это вызывает вопросы. И это при том, что я старался не торопиться. Чего доброго ещё оторвусь раньше времени.

Морос нагнал нас минуты через полторы. Лицо обезображено гневом, хотя явных повреждений я не заметил. При срабатывании руны было покорёжено лишь его эго, не больше. Однако и этого оказалось достаточно, чтобы у него возникло желание закатать нас в асфальт.

Едва я увидел Всадника, как стал подгонять зева. Машины теперь превратились в мелькающие пятна, светофоры в разноцветные росчерки, застывшие в воздухе, дорога сузилась до разлинованной белой разметки, мимо которой и мчался зев. То вправо вильнёт, обходя очередное авто, то ускорится слева.

Погоня будоражила. Хотя головой я понимал — в честной гонке догнать меня Морос не сможет. Его зев не свеж, он проделал путь от площадки погонщиков. Пусть для него это не такая большая дистанция, но первый пот уже сошёл. А наша «лошадка» лишь разогревалась.

Промелькнули одна за другой, будто располагались на расстоянии нескольких десятков шагов, станции метро. Пронёсся мимо, в могучем прыжке зева, затор перед 50-летием Победы. С вечно трезвонящими трамваями и наглецами, что не дают им проехать. Массивной серой стеной проводили панельные девятиэтажки.

Меньше минуты прошло и мы уже мчались по Коминтерна. Точнее, показалось, что в несколько могучих прыжков зев проскочил её и вырвался на улицу Свободы. Я нервно сглотнул подкативший в горлу комок — уже совсем близко. Вышли на пустынную Хальзовскую, теперь главное не пропустить поворот — вот он, за жёлтой газовой трубой над дорогой.