Книга Временщик 2, страница 62 – Дмитрий Билик

Некоторые отличались могучим телосложением, прямыми чертами лица, густыми волосами. В основном старики. В ком корловой крови побольше. Обыватели помоложе выделялись лишь чуть более светлой кожей, чем у обычных людей, да повышенной блондинистостью. Эдакие скандинавы в средней полосе России. Но это всё полбеды, потому что в другом конце зала я увидел старика-корла, и он меня очень сильно заинтересовал.

— Ты чего замер, будто привидение увидел? — спросила Дашка.

— Лучше бы привидение и увидел, — ответил я, не сводя глаз с Игрока.

Многие несколько пренебрежительно относятся к покеру. Мол, обычная карточная забава в весёлой компании под алкоголь. А между тем именно покер учит сдерживать свои эмоции и не выдавать внешне внутренние переживания. Вспомнить хотя бы знаменитое, ушедшее в народ выражение «покерфейс». Его мне в данный момент очень не хватало.

— Ты всегда был на мозг укушенный, — негромко произнесла Дашка. — Но сейчас ты даже меня пугаешь.

— Я просто задумался, — попытался отвести взгляд о старика, который меня точно заметил.

— Будь ты компом, я бы тебя сдала на запчасти. Так даже мой ноут не зависает.

— Не ссорьтесь, — шикнула мама, — Серёжа, ты почему не ешь? Возьми кутью и блин…

Пришлось послушаться. Положил ложку сладкой поминальной рисовой каши, обмакнул свернутый блин в мёд и под «Царство небесное рабе божьей Светлане» начал набивать брюхо. Миролюбивый агностик от воинствующего атеиста отличается лишь одним — он не лезет в бутылку. Соблюсти определённые обряды мне было гораздо легче, чем доказывать, почему я этого делать не хочу. А совершать их ещё проще, когда не воспринимаешь всё всерьёз. Ну вот надо маме, чтобы я поприсутствовал здесь, ей спокойнее. Лучше уж так, чем служить Ктулху и устраивать жертвоприношения.

Я не заметил, как принесли суп, как съел его и употребил пюре с котлетами, запив всё компотом из сухофруктов. Рядом негромко переговаривались какие-то бабки, занимаясь именно тем, чем я не мог и не хотел — поминали.

— Ах, Светочка. Немножко до восьмидесяти не дожила.

— Так ей же семьдесят шесть было.

— Я и говорю, немного не дожила. Четыре года всего осталось…

— …не из-за этого всё. Я ей говорила, что нельзя ель из леса выкапывать. Так она в прошлом году маленькое деревце и пересадила.

— Правда, правда, возле домика.

— Это где клубника?

— Да, рядышком. Это я ей четыре уса дала. Земля там хорошая, у меня, значит, пожухлая вся ягода, а у Светы видели? Раньше всех родится.

— Так она удобряла каждый год.

— Да, и накрывала.

Я вполуха слушал этот трёп, в котором периодически даже участвовала маман, и изредка поглядывал на Игрока. К слову, тот не удивился и не смутился, увидев меня. Более того, делал вид, будто ничего не произошло. Сидел и общался с ближайшим дедком. Интересно о чём: клубнике, малине или путешествии меж миров?

Выкроил удачный момент, оценив ситуацию, и поднялся из-за стола. Многие уже заканчивали, отец, сидевший со стороны матери, уехал по делам, а некоторые мужики потянулись наружу. Травиться никотином.

— Я покурить, — сказал маме.

— Я же говорила, — протянула Дашка, не отрываясь от телефона, — что его на месяц не хватит. Мама, с тебя пятьсот рублей.

— Даша! — покраснела маман.

— Держи, — быстро вытащил я бумажку с цифрой пять и двумя нулями. Только конфликта мне сейчас не хватало.