Книга Вратарь 3, страница 1 – Дмитрий Билик

Как начать ненавидеть звук собственного имени? Ответ очень прост. Займите должность, в которой будете максимально некомпетентны и где от вас зависит работа множества существ. Результат не заставит себя ждать.

— Седьмой, у нас вопрос.

Вот, кстати, еще одна странность. Не Брат, не Инструктор, а Седьмой. Я прошел две инициации, но от прозвища так и не смог избавиться. Надо будет спросить у Братьев-послушников, с которыми начинал. Их еще зовут по номерам? Я с сомнением осмотрел двух Вратарей, подошедших к портальному парапету и махнул рукой.

А ведь так все хорошо начиналось. Мы с Охотником сели на камень, с видом на озадаченного Распорядителя. Отдыхаем, смотрим, как суетятся другие Вратари, изредка перекидываемся словами (ладно, я не замолкаю, а Хмур сводит негодные ему разговоры на тормозах). Но нас постоянно прерывают вот такие вот архаровцы. Двое из ларца, одинаковые с лица.

— Обратитесь к Брату, – сказал я им. – Я его предупреждал.

И прикрепил одну из эманаций существа, которую считал ранее. Признаться, я этого бедолагу-Инструктора даже не знал. Просто увидел, запомнил внешность, характерные жесты. Этого хватило, чтобы составить эманационный слепок. Вот, к примеру, сейчас Вратари кивнули и поспешили к тому Брату, к которому я их направил. Надеюсь, Инструктор не будет ругаться. Одно ведь общее дело делаем. К тому же я даю возможность проявить его лидерские качества с лучшей стороны. Ведь так?

— Ты же его не предупреждал, – сказал Охотник, провожая взглядом «ходоков».

— Люблю сюрпризы. Нет, ну, а чего они все, как с цепи сорвались? Седьмой то, Седьмой это.

— Мне кажется, что иногда ты не можешь сопоставить одно с другим. Ты герой. И вместо того, чтобы извлечь дивиденды из этой ситуации, пускаешь все на самотек. Вот скажи, какой твой дальнейший план действий?

— Не прям, чтобы план, – я почесал значительно облысевшую после инициации голову, – надо дождаться, пока Рис в себя придет. Потом мы соберем отступников и тогда…

Я замялся всего на пару секунд, подбирая слова.

— И тогда ты что-нибудь сделаешь? – предположил Хмур-Охотник.

— А что? Я в экспромте очень даже хорош.

— Отличный план. Надёжный, как швейцарские часы. Ты самый безалаберный человек, которого я встречал. И что интереснее всего, твоя взбалмошность иногда тебя выручает.

— Очень часто, – поправил я его. – Есть такое понятие – кризисный управленец. Это про меня. И я не человек уже, а Вратарь.

— Сергей, взгляни на себя, какой ты Вратарь?

Последовать его совету было невероятно сложно, поэтому я ограничился беглым осмотром рук и ног. Здоровенный Вратарь-Инструктор, даже доспехи новые дали. Красивые. Существо в полном расцвете сил. К тому же, теперь не самое последнее в Ядре.

— Обычный Вратарь, – пожал плечами я.

— Да конечно. Приказам не подчиняешься, а если делаешь то, что тебе сказали, то выходит все равно по-твоему. Как ни стараешься оставаться серьезным, а по итогу получается дичь. Ты больше человек, чем Вратарь. Просто признай это.

— Посмотри на себя, ты такой правильный, все делаешь честь по чести. А Инструкторами стали мы оба. Поэтому, если нет разницы, чего напрягаться?

— Ты спрашивал, почему я не рассказал о тебе сразу.

Пришлось кивнуть. Собственно, это был мой первый вопрос там, у Ямы. Почему Охотник, смерть которого тяжело далась Сергею (а после полного восстановления памяти – читай, мне), не рассказал о себе сразу. Тогда он промолчал.