Книга Крысиный король, страница 10 – Валерий Шарапов

— Лена, а ты-то куда? – спохватилась Варвара Михайловна, когда дочь стала греметь замком.

— Ой да я к Машке, у нас зачет завтра. Вместе договорились готовиться.

И она выбежала из дома, так и не дождавшись ответа.

— Ну-ну, – сказал Андрей Геннадьевич, видя, как жена поджала губы. – Дети растут. Все так, как и должно быть.

Они познакомились в сорок третьем. Он с тяжелым ранением только поступил в госпиталь Владимира. Плотников тогда провалялся в беспамятстве две недели. Восстановление шло тяжело, да и погрешил бы он против истины, скажи, что тогда боролся за жизнь. В редкие минуты, когда горячка отступала, он мучился от боли и отчаянно оплакивал погибших родителей и младших сестру и брата.

А потом он увидел ее. Худенькую медсестру Варю, с двумя косичками, собранными на затылке, и белом халате поверх вязаной кофты. В ее присутствии отчего-то не хотелось рычать и ругаться. И вот он сам не заметил, как начал ждать ее прихода, и в ее присутствии ему становилось как будто легче.

Первым перемену в товарище заметил Калашников, чье ранение было не таким тяжелым, и он уже ждал выписки. Он подшучивал над Плотниковым, но выходило совсем не обидно, даже наоборот. И вот уже через месяц, когда Плотников совсем окреп, уже Варя с мокрыми от предстоящей разлуки глазами не знала, как же она будет дальше без него.

* * *

Следующий день начался рано. Михалюк стоял возле дома Вадимченко, ожидая Гаврелюка, и слушал, как просыпается город. Позади него шумела улица: отчетливо слышался шорох шин по пыльному асфальту, со стороны доносились обрывки неторопливых разговоров просыпающихся граждан, кто-то торопился выбить пыль из половиков, развесив их на заборе.

Гаврелюк шел неторопливой, расхлябанной походкой. Он сутулился, словно стесняясь чего-то, руки его были в карманах брюк, а на лице застыло скорбное выражение.

— Давай быстрее, начальник, – вместо приветствия сказал он, – вдруг заметит кто, слухи поползут.

Они молча поднялись по узкой деревянной лестнице в коридор. Там, у левой стены, опечатанная от постороннего проникновения, находилась дверь в квартиру Вадимченко. Не в пример соседским, эта не была обита дерматином с утеплителем для большей шумоизоляции, а стояла как есть, выкрашенной в коричневый цвет прямо по дереву. Только отстающая наверху фанера указывала, что когда-то ее хозяин все-таки предпринимал попытки «довести ее до ума».

Михалюк аккуратно снял печати и вошел в квартиру. В нос ударил запах застоявшегося воздуха, табака и засохшей крови. Гаврелюк с опаской вошел внутрь и уставился на темное пятно возле окна.

— Это там Юрку?.. – растерянно спросил он.

Гаврелюк нервно потеребил засаленный край пиджака.

— Делать-то что? – обратился он к майору.

— Смотрите внимательно, Гаврелюк, – стал давать инструкцию Михалюк, – что изменилось в квартире с вашего последнего визита сюда? Возможно, чего-то не хватает? Или, скажем, смущает вас что-то?

Гаврелюк огляделся. Сделал пару нерешительных шагов и замер над высохшим кровавым пятном.

— Вроде все так, – ответил он, не сводя глаз с пятна.

— Так уж и все?! – усмехнулся Михалюк. – А бардак вокруг вас не смутил?

— Юрка, когда пить начинал, бывало, и громил все вокруг, – охотно ответил мужчина. – Он по синьке буйный был. Не всегда, только если беленькой махнет. Ну, вы знаете… – отчего-то смутился Гаврелюк под взглядом майора.