Онлайн книга «Раз, два, три, четыре, пять. Будем мы тебя...»
|
— А я о чём? — бьюсь в панике, представляя, чем всё это может кончиться. Глава 37 Алёна — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — как мантру повторяет Яр, вытягивая пожитки из шкафа и запихивая их в сумку, как будто от этого на горизонте всплывёт то, во что можно их перевезти. — Фак! Фак! Фак! — вторит ему Ник, занимаясь той же ерундой. А я сижу на диване, подёргиваю волосы и наблюдаю за двумя болванчиками, налетающими в истерии друг на друга. Можно было бы поржать, если бы ни мандраж, сотрясающий внутренности похлеще массажёра, разрекламированного где-то в начале двухтысячных, называемого в народе «булкотрясом». — Ребят, ваши сборы не помогут, — не выдерживаю мельтешения перед глазами. — Угомонитесь, и давайте спокойно подумаем. Дальше мы проходим квест под названием: «Найди хату за восемь часов и засри за оставшиеся пять». Задача оказывается сложной. Все предлагаемые квартиры освобождаются только к концу недели, и единственный вариант снять посуточную берлогу, больше похожую на номер в борделе. Пока парни мучают риэлторов, обзванивая несколько агентств по элитному жилью, я забрасываю в чаты сигнал о помощи. Люблю соцсети. Срабатывает синдром сарафанного радио. Через два часа переписки находится знакомый знакомого, у которого подружка тётки ищет приличных квартиросъёмщиков в гнёздышко племянника, пока тот слинял в командировку к Средиземному морю на полгода. Квартирка оказалась чистенькой, с приличным дизайнерским ремонтом, в получасе от офиса, но слишком стерильная. Вот здесь начинается вторая часть квеста — засри за пять часов. Как только за предприимчивой тётушкой закрывается дверь, в ход идёт тяжёлая артиллерия. Часть вещей повисает на тульях, носки отправляются под кровати, пельмени выкипают на варочную панель, коробка с пиццей занимает треть дивана. И обязательный атрибут — кружочки из-под кофе на столешнице, а из-под пива на лакированном комоде и журнальном столике. Самое сложное оказалось в ванной комнате. Известковый налёт никак не желает прилипать к кафелю, приходиться воспользоваться пеной и дождаться её высыхания. Последние штрихи наводим под трель телефона, осматриваем всё ещё раз, и я сбегаю, оставляя парней играть спектакль одного зрителя. Домой возвращаюсь, как выжатый лимон. Всегда считала, что бытовуха выматывает при уборке жилплощади, но ощущать себя взмочаленной, словно лошадь после пахоты, от повседневного паразитирования в квартире, что-то новенькое. «Они приехали. Мама тискает Николасика, как плюшевого медвежонка)» — ведёт свой репортаж Яр. «Влад хмурит брови и обзывает нас малолетними засранцами» «В этом свинарнике не хватает только тебя, моя хрюшечка» «Натали созвонилась с Дашей и вызвала клининговую компанию. Тоскую по тебе» «Когда ж они уже свалят! Голова пухнет от их трели, а яйца от твоего отсутствия» «Знаешь, что я с тобой сделаю, как только выберусь из этой жопы?» «Бросаю всё и еду к тебе. Пусть Ник сам развлекает своих родителей» Через двадцать минут ключ проворачивается в замочной скважине, и на пороге появляется Яр с большим букетом белоснежных хризантем и широчайшей улыбкой счастливого придурка. Хризантемы устилают пол коридора, я оказываюсь перевёрнутой и заброшенной на плечо, а Яр долго и со вкусом показывает, как скучал по мне. |