Книга Полюби меня такой, страница 28 – Маргарита Климова

— Ты, сын, не слушай никого. Не делай моих ошибок, — опрокидывает очередную порцию. — Если яйца чешутся, член поёт, а в груди ноет — хватай и женись. И побольше женись, чтобы ходила с трудом. А то что ребёнок чужой… так он не чужой, он её. А раз она твоя, то и ребёнок твой.

Домой приходим навеселе. Точнее не приходим, а приносим друг друга.

— Орлов, придурок! Ты зачем сына напоил?! — встречает Дарья, сканируя округлившимися глазами. — Его, после общения с американской ордой, нужно жалеть и любить, а ты его градусами накачал!

Пьяный бред отца разобрать не могу, а вот Дарью с удовольствием обнимаю и чмокаю в щёку. Свою медведицу не наблюдаю. Покрутив головой, мычу, чем вызываю осуждающий взгляд.

— А ну, придурки косолапые! Тащите свои американские задницы в гостевую! Всё равно с вами сегодня бесполезно разговаривать, — опускает руки, плечи и уходит на кухню.

Это последнее, что я помню от этого дня. Утром просыпаюсь в одной кровати с отцом раздетый и укрытый одеялом. С трудом поворачиваю чугунную голову и нахожу на тумбочке стакан с водой и таблетку от похмелья.

Марина

Общими усилиями раздеваем два храпящих тела. Ох, и хреново им завтра будет. Остаюсь ночевать у мамы. Не хочу спать в пустой квартире. Без Джейка там стало одиноко.

— Видно разговор с америкосами не заладился, — мама хмурится и печально смотрит на меня.

— Как думаешь, они смогут помешать свадьбе? — с надеждой на успокоение смотрю на неё.

— Уверенна, будут пытаться, — обнимает меня и гладит по спине. — Макс не даст вас обижать. Порвёт на британский флаг.

— Спасибо, мам, — обнимаю её в ответ.

— За что? — слышу, что улыбается.

— За то, что ты есть у нас, — улыбаюсь в ответ.

— Чем кончилась ваша ссора? — садиться за стол и берёт печеньку.

— Русская медведица оказалась сильнее американского гризли, — наливаю в чашки чай.

— Эти увальни никогда не могут устоять против русской силы, — смеётся, подвигая чашку к себе.

Поболтав о насущном, кормим своих малышей и расходимся спать. Долго ворочаюсь, не могу найти места. Не хватает тёплого тела сзади, крепкой руки на животе, горячего дыхания в затылок, ставших привычными ласок и бурного секса, оставляющего слабость. Мысли крутятся вокруг отношения его американских родственников ко мне. Что-же надо было ему сказать, чтоб они на пару с Максом так накачались? В груди защемило от страха. А вдруг они помешают, найдут причины отговорить? Что мне тогда делать? Как жить без него?

Не сумев заснуть, беру телефон и в мировой паутине ищу информацию о его семье. Много грязи в момент развода, выискивание любого дерьма, связанного с этой семьёй. Грязные заголовки статей: «Максим Орлов — крупный бизнесмен бросил семью ради русской проститутки», «Свадебный танец на инвалидном кресле», «Что останется сыну Максима Орлова, после развода», и так далее. Представляю, что там напишут после нашей свадьбы. Не поеду в страну гнилой прессы. Помучавшись ещё немного, проваливаюсь в бессмысленную муть.

Мне сниться холодная, сырая серость, продирающая до костей. Я в ней одна, мечусь напуганная до чёртиков. Сквозь туман проглядываю силуэт, кричу, бросаюсь к нему как к спасительному маяку. Движения даются с трудом, ноги раздвигают кисель из сизых сгустков. Я падаю, ползу, зову Джейка. Вокруг глухая тишина, давящая на уши. Громкий выстрел, разрезает это кошмар. Резкая боль в груди. Смотрю со стороны на расползающееся кровавое пятно, перекошенное непониманием лицо. Пытаюсь закричать, и только тишина из открытого рта, да кровь, стекающая струйкой.