Книга Полюби меня такой, страница 35 – Маргарита Климова

Малышка скидывает одежду, не спуская голодного взгляда с отполированного агрегата, встаёт на колени, проходит язычком по всей длине, задерживаясь на уздечке, проводит кончиком по крайней плоти, накрывает головку губами и смачно посасывает. Охреневаю от неё, когда она так делает. Охреневаю от неё постоянно. Поддаю бёдрами, намекая, что пора заглотнуть поглубже и Рина поднимает глаза, разрешая проявить инициативу. Наматываю волосы на руку, фиксируя на месте, и пользуюсь ртом по полной, до выплеска семени. Любимая вылизывает всё до капельки, поднимается с коленей и виляя пятой точкой направляется к ванной. Прогибается в спине, демонстрируя розовые складочки, и трогает воду. Опять зависаю как мудак, пялясь на блестящую киску. И ведь всё просто — подойди и возьми, а я стою и не могу пошевелиться.

— Присоединишься? Или всё это только для меня? — прорывает мою заторможенность Рина, сидящая в воде.

Отодвигаю её от края, забираюсь со спины, усаживая между ног. Облокачиваю на себя, проходя пеной по груди, поигрывая соском, целуя в шею.

— Рин. Я ведь серьёзно про ребёнка, — поднимаю снова тему, желая понять, что по этому поводу думает. — И Лёхе будет веселей.

— Давай сначала распишемся, а потом будем делать, — мягко закрывает вопрос.

За несколько часов желание въелось в подкорку. Наверное, я пытаюсь её привязать, а общий ребёнок станет той самой верёвкой.

Марина

С того вечера к разговору о ребёнке мы больше не возвращались, но намёки подкидывались постоянно. Желание Джейка застигло меня врасплох. Я уже родила слишком быстро, не узнав мужчину. Результат оказался слишком плачевным, а последствия будут бить ещё не один год. Как донести свои мысли до него, чтобы не обидеть, чтобы понял меня и дал время.

С мамой эту тему не обсуждала, да и не до нас ей сейчас, у них цветочно-конфетный период. Дорвались наконец после родов. Макс вторую неделю забивает на работу, Алька за вознаграждение гуляет после школы с Диной, я взяла на себя готовку. Если бы не Дина, они-бы забурили в какой-нибудь отель на неделю. Я их не осуждаю. Сама теку как кошка, находясь рядом с любимым.

Сегодня везём детей в поликлинику на плановый осмотр. Джейк на работе, а Макс навязывается с нами. Выйдя из подъезда, мы с Лёшкой и мамой направляемся к машине, смеясь как Макс упадёт в обморок, держа Дину на руках, пока у неё будут брать кровь. Сам папаша застрял в квартире с Ди, ища потерянную за завтраком соску.

Гена выходит из машины открыть нам дверь и всё вокруг замечательно. Солнце рассекает тяжёлое небо, температура плюс пять, мамина сияющая улыбка, но в душе что-то скребёт. Что-то непонятное, тяжёлое.

Выстрел разрывает тишину, боль пронизывает плечо, кто-то сбивает меня с ног. Ещё один выстрел. Тяжесть, придавившая к земле, визг Лёшки, крик Макса. Всё смешалось. Мама, лежащая на мне без сознания, Макс, поднимающий её с меня, Гена, держащий на руках детей и кровь! Много крови расползается по моей куртке! Неимоверно дёргает от ранения плечо, но мозг пытается уловить что-то важное! Кровь на мне везде, её слишком много! Поднимаю глаза на Макса, вижу перекошенное от ужаса лицо, слёзы, чудовищный взгляд и понимаю, что упустила! Кровь не моя!

— Мама! Мама! Мамочка! — перекатываюсь к ней, не обращая внимания на боль.