Книга Полюби меня такой, страница 7 – Маргарита Климова

— Я сама справляюсь, — тихо шелестит, отворачиваясь к стене.

Поднимаюсь со стула, подхожу и за плечи разворачиваю к себе. Глаза блестят от слёз, россыпь кристаллов зацепилась за ресницы. Обнимаю, успокаивая и поглаживая по спине. Слёзы пропитывают рубашку и по спине проходит судорога.

— Не плачь, маленькая, — шепчу, зарываясь в волосы и целуя макушку. — Не плачь малышка.

Поток не сразу получается остановить. Марина погружена в самотерзания, я же балдею, впитывая в себя тепло, исходящее от её тела. Глажу по спине всё с большей амплитудой, стягиваю в кулак волосы и оттягиваю голову назад. Голубые, блестящие от слёз глаза поглощают мою выдержку, и я склоняюсь, нежно проводя языком по её сладким губам. Она замирает, но не отталкивает, приоткрывая рот и провоцируя меня на более тесный контакт. И я делаю его тесным, впиваясь в губы, сминая, всасывая, покусывая, переходя на нежные полизывания. Пьянею от этой сладости и не могу остановиться. Оглаживаю ягодицы, сминая и приподнимая, натягивая и впечатывая в себя.

Рина не сопротивляется, она в каком-то трансе. Не обращаю внимание на её заморозку, я хочу получить своё. Оттягиваю резинку легинсов, запускаю руку, проходя между голых ягодиц, задевая тёплую киску. Она голая, нежная, влажная. Хочется лизнуть, попробовать её вкус. Но это позже. Поглаживаю у входа в щёлочку и слышу тихий стон. Срываюсь окончательно, проникаю языком в ротик, а пальцами в мягкую плоть. Стоны становятся громче, протяжнее. Ловлю каждый губами, боясь оторваться и спугнуть. Стягиваю легинсы с бельём, не отрываясь от губ, подсаживаю на стол, освобождая от стянутого полностью, вклиниваюсь между ног. Трясущейся рукой освобождаю настрадавшийся за вечер член и резко вхожу в щёлочку. Она до безумия мокрая и тесная, обволакивает, засасывает, лишает воли. Теряюсь в ней, схожу с ума, вбиваюсь, как оголодавший. Малышка вцепляется мне в плечи, раздвигает ноги шире, практически в шпагат, и я как на скоростном шоссе без тормозов, несусь и не могу остановиться. Секундное напряжение, громкий стон, и чувствую, как мой член сжимает от Рининого оргазма, ломает все мои планы на месть. Кончая, понимаю отца и его свихнувшиеся мозги. Похоже я тоже потерян для Америки. Потерян в ней, в этой маленькой русской медведице. Хочу трахать её весь день, круглые сутки, всю жизнь.

приходит позже, когда туман сползает с прозрачных, голубых глаз, когда лицо искажается от боли. Поторопился! Не смог сдержаться! Теряю связь с тем что минуты назад стало необходимым, как глоток воздуха! Мудак!

— Уходи, — она отстраняется от меня, стягивает вниз футболку, скрывая аппетитную попку.

— Рин. Рина. Давай поговорим, — пытаюсь скрыть растерянность. — Мы же взрослые люди.

— Уходи! — переходит на крик. — И никогда не смей ко мне прикасаться!

— А кто к тебе будет прикасаться?! — срываюсь на повышенный голос. — Муж, которому ты нахрен не нужна?! Ты же вся сокращаешься от малейшего прикосновения! Такое ощущение, что тебя год не трахали! Да мой член еле втиснулся в тебя! Если-бы не ребёнок, подумал бы что целку трахаю!

— А это не твоё дело, кто и сколько раз меня трахает! — хватает чашку и запускает в меня. В последний момент уворачиваюсь, и посуда проходит по касательной. — Проваливай, похотливый урод!