Книга Академия для наследников. Дитя некроманта, страница 52 – Анастасия Ольховикова

— Мани! — и распахнула руки, чтобы прыгнуть в его объятия. Ошибку свою я осознала, преодолев половину лестницы, у подножия которой молодой человек остановился и начал оборачиваться. Я слишком поздно поняла, что остановиться без вреда для здоровья не смогу, потому что нога неудачно подвернулась, и я полетела на огневика уже в прямом смысле этого слова. Вот только это был не Мани. И я сразу это увидела.

Но как такое может быть? То же лицо, только жутко холодное и сосредоточенное, те же движения, но в них, в отличие от Мани, сквозит непривычная четкость и продуманность. Те же синие глаза и прямой нос, тонкие губы, только волосы чуть короче и собраны в аккуратный хвост. И я почему — то была абсолютно уверена, что он поймает меня, несмотря ни на что, даже вопреки тому, что я спутала его с парнем абсолютно идентичной внешности. Хот нет… разницу я обнаружила, уже оказавшись в его объятиях и невольно поднимая глаза.

Шрам, рассекший левую бровь молодого человека, был широк и достаточно уродлив. Поднимаясь до середины лба, он неприятными буграми собирал вокруг себя кожу. Но это нисколько не портило облика молодого человека — наоборот, придавало изюминку и вызывало желание дотронуться до давней — да, я была в этом абсолютно уверена — отметины. Возможно, это был даже привет из детства. Однако, несмотря на эти мысли и потрясение, связанное с похожестью парня на Мани, вскоре все мое внимание захватила реакция тьмы на незнакомца.

Она взбунтовалась. Взвилась так, что я испытала почти звериный ужас, что сейчас повторится история с Витанией, только вот в стенах академии разрушений было бы несоизмеримо больше. Я часто задышала, пытаясь усмирить стихию, но все решило осторожное прикосновение молодого человека к моей пояснице. Он поглаживал ее, словно пытаясь сообщить мне покой и умиротворение. И это при абсолютной бесстрастности лица. Хотя, кажется, блеск в глубине синих глаз мне совсем не показался.

— Ты… не Мани… — неожиданно хрипло прошептала я, сосредотачиваясь, тем не менее, на ощущениях от ладони темноволосого огневика. В ответ раздалось молчание, но его прервал знакомый голос:

— Мин, руки от моей девушки убрал!

И пусть говорил Мани явно шутливо, завуалированная угроза в его словах мне совсем не почудилась. Руки незнакомца тотчас же разжались, и мне это было только на пользу: от молодого человека я отскочила, словно ошпаренная. Все потому, что тьма, будто по приказу, начала отделяться от тела. И я почти в благоговейном ужасе смотрела, как после окончания контакта она медленно затягивается обратно сквозь поры.

Где — то наверху я ощущала присутствие Онирена, ближе всего ко мне находились похожие, словно две капли воды, огневики, а дальше от лестницы скопилось несколько кучек с любопытством разглядывающих нас суолов. Среди них, кстати, была и Свон. И выражение ее лица мне совсем не понравилось.

— Таормин, Иви, вы оба здесь — замечательно! — бодрый голос стора Инфайзера заставил меня вздрогнуть и снова сосредоточить внимание на незнакомом огневике. Таормин? Брат?..

— Старший, — словно читая мои мысли, ответил Мани, и мне пришлось даже сглотнуть.

— Неправильные близнецы академии! — мрачно и очень подходяще для своего темного амплуа пошутил некромант.

— Почему неправильные? — машинально поинтересовалась я, исподтишка разглядывая старшего брата — огневика, за все это время не проронившего ни слова. Сейчас он стоял и смотрел только на стора Инфайзера. Такое ощущение, что меня рядом никогда и не было.