Книга Академия для наследников. Дитя некроманта, страница 70 – Анастасия Ольховикова

— Иви, ты куда? — расстроился Онирен.

— Ухожу. От меня здесь все равно ничего уже не зависит.

* * *

— Не трогай меня! — зашипела девушка, очутившись в крепких и до боли знакомых объятиях.

Он не стал следить за ней слишком долго: поймал рядом со столовой, затащив в плохо освещенный магическими светлячками угол коридора. Прижал к стене, не давая ни единой попытки к бегству, но и не предпринимая ничего лишнего. Только зарылся носом в пахнущие пламенем волосы, понимая, как сильно соскучился по ее аромату. Возможно, фарс с Эвани действительно стоило прекратить, но он не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться на ревнующее личико Свон.

— А то что? — искушающим шепотом выдохнул Таорман.

— Я отомщу! — в сердцах пообещала она, продолжая бешено вырываться. Однако все попытки привели только к тому, что девушка попала в и без того неудобное положение. Грудь Мани крепко прижалась к ее груди, вызывая позабытый трепет в душе, колено оказалось меж ее коленей, а барабанящие его по спине кулачки огневик предпочел отстранить подальше, так что теперь они, как и спина Свон, чувствовали холод от находящейся позади стены.

— Да неужели? — развеселился он. — И что же ты сделаешь?

— Закричу! — выдохнула Свон ему в губы, когда Мани отстранился настолько, чтобы видеть ее лицо. — Сюда сбежится вся столовая! Я устрою скандал, каких тебе еще не доводилось видеть! Да отпусти же ты меня! — с истерическими нотками в голосе добавила девушка.

— Закричишь, — словно пробуя на вкус слово, медленно повторил Мани. — Кричи. Я давно хочу это услышать. Правда, мечтал об этом в несколько другой обстановке, но, раз уж тебе подходит коридор рядом со столовой, давай устроим это здесь.

— Ты о чем говоришь? — поразилась его самообладанию девушка. Странно, но сопротивляться ему раз от раза хотелось все меньше. Может, дело было в том, что, испугавшись ее гнева из — за обмана, он все же не спасовал тогда, когда ее довел водник, и отправился следом? Может, Мани действительно было небезразлично ее состояние?

— Я о том, моя дорогая, — вкрадчиво начал объяснять ей огневик, — что кричать тебе будет уместно только в моей постели. Но в качестве репетиции можешь попытаться и здесь.

— Да ты… больной! — взвизгнула она, а в следующее мгновение оказалась почти вжатой в стену. Огневик загадочно улыбался, глядя на нее, и без единого намека на страх произнес:

— О, да. Я болен тобой с того самого момента, как увидел.

— Еще и лжец! — тут же обвинила его Свон. — Со сколькими я тебя видела, прежде чем ты начал подкатывать ко мне?!

— Ревнуешь, дорогая? — такой довольной улыбки у него она еще не видела. — Ревнуй. Это возрождает в моем сердце надежду, что ты еще сможешь спрятать свои колючки.

— Да ты… — начала вновь она, но была решительно перебита:

— Молчи уже, Свон. Я соскучился.

То, что произошло дальше, девушка даже не пыталась оправдать. Стоило молодому человеку прикоснуться к ее губам, как пожар взаимного притяжения охватил обоих. Послав к Фениксу условности, они принялись обнимать друг друга так сильно, словно разлучались на долгие века, а теперь, наконец, настал миг встречи. Свон знала о том, что пожалеет. Но тем сильнее она сейчас целовала Мани. Она тоже соскучилась. Пусть и никогда в этом не признается.