Книга Академия для наследников. Дитя некроманта, страница 93 – Анастасия Ольховикова

— Что? — казалось, мой решительный ответ на миг избавил его даже от пелены чужого влияния.

— И не надейся, Таормин. Я тебя здесь не оставлю.

Он обреченно застонал, и вторая ладонь опустилась по другую сторону от моего лица.

— Ты не представляешь, что ты сейчас творишь, Иви…

— Ну, так покажи мне, — не растерялась я. — В любом случае, мне не освободиться, пока ты этого не захочешь.

— А если не захочу? — в голосе Таормина появилась еле заметная хрипотца.

— Тогда… — я подняла ладонь и дотронулась до его лица, вызывая выдох сквозь стиснутые зубы, — я постараюсь тебе помочь так, как смогу.

— Иви… — кончики пальцев Мина обвели контур моего лица. — Красивая… — ладонь сжалась в кулак, глаза его зажмурились, и Мин стал трясти головой. — Помоги мне, Иви…

— Сильный демон? — спросила я, ощущая, как тьма сама начинает стремиться к этому мужчине и понимая, что справиться с ней я не смогу. Нет, еще не время! Совсем не время для того, чтобы напугать его, когда он и так на грани.

— Да… — простонал огневик. — Он знает, как заставить человека убить другого…

— Мин, поговори со мной, — попросила я, ласково гладя его по щеке. — Это ведь та часть огненного дара, которую ты боишься особенно, да?

— Боюсь… — тихо признался он. — Никому не хочу причинить зла.

— А ты хотя бы пытался с ней справиться? — улыбнулась я, побуждая его распахнуть глаза. Мне показалось, что в них постепенно возвращается осознанное выражение.

— О чем ты говоришь, Иви?

— Откуда ты знаешь, что непременно сделаешь мне больно?

— Потому что с самой первой встречи только и делаю, что сдерживаюсь, лишь бы тебе не навредить! — сорвался он. Черты лица Таормина вновь заострились, делая его жестким и суровым. — Если бы ты хоть на мгновение знала, каково это — находиться рядом и бояться спустить силу, потому что она может унести человеческую жизнь!

— А ты пытался хоть раз отпустить ее на волю? — не повышая голоса, спросила я. Удивительно, но потрескивание костра привело меня в состояние странной сосредоточенности. Я точно знала, что именно сейчас необходимо Таормину.

— Иви, ты не ведаешь, о чем просишь! — взмолился он, признавая свое поражение.

И я поняла, что момент настал.

— Ты знаешь мое настоящее имя. Почему продолжаешь называть неродным, Дэй?..

Потрясение так явственно отразилось на его лице, что я почти физически ощутила, как напряжение уходит из рук, захвативших в плен мою голову. Это и позволило мне оттолкнуть огневика, поднимаясь и наблюдая, как сам он, опираясь на ладони позади себя, с изумлением рассматривает меня.

— Ты как — то сказал искать не глазами, а сердцем. И я тебе поверила. Можешь сейчас довериться мне?

Он не произнес ни слова, но и в глазах я не увидела протеста, а потому медленно преодолела разделяющее нас расстояние, забравшись к нему на колени и обнимая. Голова сама собой склонилась к плечу обретенного любимого, и я заговорила еле различимым шепотом.

— Когда — то, на туманных землях, ты помог мне усмирить тьму. Сейчас я должна возвратить свой долг. Я в твоих руках, Дэй. Что ты хочешь со мной сделать?

— Э — ва — ни… — по слогам позвал меня Дэй, зарываясь лицом в волосы. Я улыбнулась, потершись щекой о шершавую ткань его куртки. С таким Мином мне было гораздо привычнее. А затем меня стиснули в болезненных объятиях, и я не сдержала ответного стона. — Прости, милая… ты сможешь меня когда — нибудь простить?