Книга Академия для наследников, страница 46 – Анастасия Ольховикова

Говорили оба молодых человека приглушенно, но это не мешало мне быть в курсе всего. И я снова поймала себя на мысли, что разница в возрасте у стора Эвангелиона и наследного принца Смерти совсем небольшая, просто годы преподавателю Академии добавляет ореол окружающей его таинственности.

— Ну и зачем ты позвал меня сюда? – со смесью усталости и нетерпения поинтересовался Амон. – Ночью пришлось возвращать Пирожка, и я, честно говоря, еще не до конца восстановил резерв.

— Не хотел говорить в стенах Академии, – Эвангелион пристроился на второе кресло, устроив локоть на подлокотнике и с силой начав массировать лоб. – Это касается Морин.

— Морин? – внешне Амон не подал признаков удивления, но я заметила, что предостерегающий огонек промелькнул в его глазах. – А что с ней?

— Это я хотел бы узнать от тебя, – испытующе посмотрел на него некромант. – Что такого нужно было сделать, чтобы выпустить привлеченного из иного мира духа в Академии, хотя это строжайше запрещено?

— Ты не злишься, – с сомнением отметил Амон.

— Я, слава Смерти, успел изучить тебя за время, что являюсь твоим наставником, – скептически посмотрел на него некромант. – Ты бы не стал применять силу без крайней необходимости.

Амон поджал губы – по всему было видно, что заговаривать на эту тему ему не хотелось.

— Я случайно наткнулся на них, когда Морин угрожала опасность.

— Какого рода? – нахмурился Эвангелион.

— Дарий Маерийский, – коротко пояснил парень. – Сначала я подумал, что тот решил развлечься за счет девчонки, но, прислушавшись к их разговору, понял, что та стала свидетельницей отношений принца Воды с еще одной студенткой. И студентка совсем принцессой Жизни не была.

— И? – подстегнул его преподаватель.

— Он душил Морин. Не знаю, собирался ли убить, не стал выяснять. Но вещи он говорил не самые приятные. У меня сила сорвалась без позволения. Не мог же я дать мелкой пострадать.

— Чего ты никогда не мог по–настоящему делать, так это врать, – изобличающее отозвался Эвангелион после этих слов, и Амон непонимающе пожал плечами:

— В смысле?

— Она ведь для тебя не просто мелкая. Она еще и маг Жизни, – спокойствию некроманта можно было только позавидовать. А вот Амон, напротив, стал только заводиться.

— Гейл, да успокойтесь вы уже! Неужели правда на пару с отцом думаете, что я ни с кем не встречаюсь просто потому, что меня однажды отвергла незнакомая девчонка с портрета? – изумленно воззрился на наставника молодой человек. – Сам подумай: ну откуда взяться чувствам, если я с этой Арминой не общался даже? – а все же Эвангелион оказался слеп, Амон научился лгать вполне искусно. Если, конечно, не думал в этот миг сам, что с Арминой – мною в образе Армины – действительно не общался никогда. Все правильно, номинально я была всегда Морин. – Я думал, хоть ты окажешься настолько умным, что даже мысли подобной не допустишь!

— Именно потому, что я настолько умен, я и озвучиваю тебе первую же мысль, что придет в голову твоему отцу, – Эвангелион сложил руки на груди и откинулся назад. – Посуди сам: ты три года изображал из себя неприступность, зато первой, кому ты поспешил оказать помощь, стала девочка с факультета магов, когда–то отказавших твоей семье в сватовстве.

— Мне придется говорить правду? – почти сдался принц Смерти, и я ощутила волну беспокойства.