Онлайн книга «Мой Апрель»
|
Ухмыльнулся. — Вот именно, брат! Вот именно! Никаких роз! * * * — Нет, ну вы слысяли? — Это зе возмутительно! — Оскорбительно! — Немыслимо! — Узясяюсе цюдовицьно! — Ну цьто делать-то будем, сестрицы? — Как цьто? — Спасать насего Апреля! — Нельзя позволить узясьной Эве захапать в свои хитрые ручки насего Апрельчика! — Кстати! У меня есть идея, сестрицы! — Не томи, сестра! — Говори зе скорее! — Я пару дней назяд видела девуцьку. — И цьто? — Хоросяя? — Оцень хоросяя! Она цветочница, во! — Цветочница? — А у меня другая идея родилась, сестрицы! — Какая? — А цьто, если нам взять и посадить розы у дома Апреля, а? — Дура! А зениться он на ком тогда будет? На Эве? Невесты-то нету! — Он зе сказал, цьто зенится, если розы в его саду зацветут! А роз у него никогда-никогда в саду не было! — А твоя цветочница тоцьно хоросяя? Она розы смозет посадить? — Ну так полетели и сами увидите её. — Полетели! Глава 2 * * * Я была младшей из четырёх дочерей, стараниями наших романтичных родителей, наречённых Жасмин, Лилия, Роза и… И тут цветочная фантазия у моих родителей иссякла и меня назвали Алевтиной. Согласна, в нашем современном мире Алевтина довольно странное имя. Когда мы были малышками, мы с сёстрами одинаково были прелестны, такие милые-премилые белокурые и голубоглазые ангелочки. Все три мои сестры выросли настоящими красавицами с роскошными густыми вьющимися волосами красивого льняного оттенка, который так любят воспевать в своих стихах поэты; и голубыми как безоблачное небо, глазами в обрамлении густых и чёрных ресниц. Все три были невысокого роста: пошли в маму. Ещё они стройные, с осиной талией. С точёными носиками на кукольных личиках, ямочками на щеках и округлостями во всех нужных местах. А на меня словно проклятие свалилось. Не иначе, как из-за имени. Волосы с возрастом у меня потемнели и стали тёмно-русого цвета. Волнистые волосы не желали лежать, как положено. Вот у сестёр волосы всегда выглядят так, словно они только что посетили парикмахера-стилиста. А вот мои вечно торчат во все стороны и постоянно пушатся. Глаза у меня не небесно голубые, а серо стального оттенка. Когда я сердита они становятся тёмно-серыми, а в хорошем настроении они просто серые, как хмурое грозовое небо. М-да. Я высокая. Рост у меня метр восемьдесят пять. Не хило, да? Это я пошла в папу. Одна радость – я тоже была округлой во всех нужных местах. Но зато с сорок первым размером ноги! Мало того, в подростковом возрасте на меня обрушилась такая напасть как прыщи. Ни у одной из моих сестёр подобных проблем не было. Хорошо, что сейчас моя кожа свежа и здорова. Тут нужно три раза сплюнуть, а то не дай бог, вернутся. Тьфу-тьфу-тьфу! Ещё подростком я имела кривые зубы и до семнадцати лет носила брекеты. Высокая, вечно лохматая, с огромной лапой вместо изящной ступни, прыщавая и с брекетами. Красотка, правда? Одним словом, думаю, вы поняли, что поклонников у меня особо не было, в отличие от моих сестрёнок, которые уже давно и весьма благополучно повыскакивали замуж, родили здоровых и любопытных демонят – внуков родителям и племянников для меня. Вы не подумайте, я очень люблю детей, но не тогда, когда тебя просят посидеть с шестью малышами, избалованными их родителями и бабушкой с дедушкой. |