Книга Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу, страница 112 – Софья Мирич

В палате тонко, едва заметно пахло хвоей и морозным ветром.

— Ты не спишь, — негромко произнёс он, делая шаг к стулу около кровати.

​Лика вместо ответа лишь слабо покачала правой, здоровой рукой, подзывая его ближе. Горло всё ещё саднило, а эмоции, которые она так долго сдерживала, подступили к самому сердцу жгучим комком.

​Альдо пересёк палату в два счёта. Он опустился на край постели, и Лика тут же потянулась к нему, утыкаясь носом в изгиб его шеи. От него пахло ночной прохладой, снегом и едва уловимо — терпким табаком. Мужчина осторожно, словно она была невероятно хрупкой статуэткой, обнял её в ответ, зарываясь лицом в её волосы. Его плечи, до этого напряжённые как струны, наконец бессильно опустились.

​— Я думал, что опоздал, — хрипло прошептал Альдо, и Лика почувствовала, как сильно подрагивают его пальцы, гладящие её по спине. — Когда маячок погас... Лика, Светлый, я никогда в жизни так не боялся.

​— Ты успел, — тихо ответила она, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в его измученные глаза. — Ты спас нас. Но тебе нужно отдохнуть. Пожалуйста... ляг со мной.

​Альдо удивлённо приподнял брови, вглядываясь в её лицо, но спорить не стал — у него просто не осталось на это сил. Он аккуратно сбросил тяжёлые уличные сапоги и скользнул на постель, устраиваясь рядом. Места на больничной койке было немного, но это было даже к лучшему.

​Лика сразу же устроилась на его груди, слушая ровный, успокаивающий стук его сердца. Альдо укрыл их обоих одеялом, крепко прижимая её к себе рукой, словно всё ещё боялся, что она исчезнет, стоит ему ослабить хватку. В его объятиях ледяной страх подземелий наконец-то начал отступать.

​В палате воцарилась тишина, нарушаемая лишь их глубоким дыханием. Лика перебирала пальцами пуговицы на его рубашке, чувствуя, как сонливость от лекарств Лимера накатывает с новой силой. Но оставался один важный узел, который ей нужно было развязать, чтобы отпустить это прошлое.

​— Альдо... — позвала она в полумраке. — Ректор... он ведь сам открылся мне там, внизу. До того, как начался ритуал. Он рассказал всё.

​Она с трудом сглотнула и, прерываясь на долгие паузы, начала тихо говорить. Лика пересказывала ему безумную исповедь бывшего ректора: про то, как он годами выстраивал этот контур, про мёртвый камень, который крал чужую магию, и про её родителей... Про то, что её семья погибла только потому, что отец отказался отдавать шахты ради этого чудовищного безумия.

​Альдо не перебивал её. Он лишь сильнее сжимал её в объятиях, зарываясь пальцами в её волосы, и его дыхание становилось тяжёлым от сдерживаемого гнева на тварь, посмевшую разрушить её жизнь. Он постарается, чтобы приговор ректора был как можно более жёстким. Но сейчас, когда всё было высказано, этот груз больше не принадлежал Лике одной. Она разделила его с ним.

​Постепенно её голос становился всё тише, слова путались, превращаясь в неразборчивый шёпот. Напряжение последних дней окончательно покинуло её тело.

​— Спи, душа моя, — тихо прошептал Альдо ей в макушку, целуя в волосы. — Теперь всё закончилось. Теперь ты в безопасности.

​Лика закрыла глаза и улыбнулась. Под мерный, сильный стук сердца Альдо она наконец-то погрузилась в глубокий, целительный и совершенно спокойный сон.