Книга Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу, страница 118 – Софья Мирич

Лика не выдержала. Бумаги скользнули на столик, и она крепко, отчаянно обвила его шею руками, утыкаясь носом в изгиб шеи. Счастья было так оглушительно много, оно затапливало её изнутри, едва умещаясь в груди.

Но Альдо еще не закончил. Он мягко перехватил её лицо ладонями, заставляя приподняться и посмотреть на себя. Его взгляд, обычно строгий и холодный для чужаков, сейчас стал предельно серьёзным, глубоким и наполненным невероятным, выстраданным облегчением.

— И это ещё не всё, Дели, — тихо, но удивительно твёрдо сказал он, заглядывая ей в самую душу. — Помнишь, я обещал тебе, в те дни в академии, что больше никогда не заставлю тебя так дрожать от страха за мою жизнь? Накануне свадьбы я подписал официальное прошение о переводе. Я ушёл из боевого ведомства первого ранга на более спокойную, штабную и аналитическую службу здесь, в столице.

Лика замерла в его руках, боясь пошевелиться, боясь поверить в услышанное.

— Больше никаких опасных рейдов по границам, никаких смертельных миссий в темных подземелях и тяжёлых заданий, с которых можно не вернуться, — продолжал Альдо, и на его губах появилась тёплая, бесконечно облегчённая улыбка, разгладившая суровую складку у рта. — Из этих командировок меня больше не должны привезти мёртвым. Я нужен тебе здесь. Живой, здоровый и любящий. Я хочу возвращаться к тебе каждый вечер. Хочу видеть, как растут наши дети, Дели.

Лика судорожно всхлипнула, но на этот раз это были слёзы абсолютного, безграничного покоя. Ледяной, липкий страх, который глубоко внутри неё долгие месяцы шептал, что её выстраданное счастье могут в любой момент отобрать, наконец-то разбился вдребезги, как хрупкое стекло.

Альдо прикрыл глаза и с тихим, счастливым стоном, в котором смешались вся его многолетняя выдержка и скопившаяся страсть, вовлёк её в глубокий, головокружительный поцелуй. Он целовал её как свою жену — уверенно, горячо, забирая всё её дыхание без остатка. Подхватив её на руки, он заставил тяжелый шёлк подвенечного платья взметнуться в воздухе белым облаком, и уверенным шагом понёс её с веранды в сторону их спальни.

Впереди у них были величественные горы, окутанные прохладным утренним туманом, восстановленный отчий дом, тихая, безопасная служба в столице и целая, бесконечная жизнь, которую они отвоевали у тьмы вместе.

Навсегда.

Тяжёлые дубовые двери спальни захлопнулись от резкого, нетерпеливого движения его ноги. Короткий, властный пас руки — и на замок легли мощные, переливающиеся золотом контуры блокирующей магии рода Сартори. Следом по комнате развернулся плотный полог молчания. Всё. Ни один звук, ни один вздох не вылетит за пределы этих стен.

Альдо не стал нести её к кровати. Он опустил её на пол прямо у двери, но не выпустил из рук, тут же вжимая спиной в прохладное дерево. Он навис над ней всем своим сильным, тяжело дышащим телом. Его светлые волосы растрепались, а глаза, потемневшие до черноты, горели таким откровенным, голодным пламенем, что у Лики перехватило дыхание.

— Ну что, леди Сартори, — его голос стал неприлично низким, вибрирующим бархатом. Он поймал её подбородок, заставляя смотреть прямо на себя, и на его губах промелькнула опасная, обещающая улыбка. — Помнишь, что я сказал тебе тогда в академии? Что после свадьбы ты у меня месяц не выйдешь из спальни?