Книга Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу, страница 64 – Софья Мирич

​Лику допрашивали долго и тщательно в кабинете ректора. Воздух в комнате казался тяжёлым, пропитанным ароматом успокоительных трав и горького кофе. Альдо тоже вызвали — разумеется, больше для вида, как главного свидетеля и единственного пострадавшего. Его перевязанное плечо, скрытое под чистой темной мантией, оставалось немым укором хвалёной академической безопасности.

​Глава академии лично руководил процессом, присутствуя на каждом допросе и дотошно выслушивая малейшие детали. Он выглядел искренне потрясённым и постаревшим сразу на несколько лет. Лика, стараясь сохранять голос ровным под его тяжёлым, полным отчаяния взглядом, до мельчайших подробностей описала черты лица, которые на долю секунды проступили сквозь колышущееся марево ментальной личины во время первого нападения в коридоре. Она закрывала глаза и мысленно возвращалась в тот жуткий миг, вспоминая форму носа, резкую, словно высеченную из камня линию подбородка и холодный, словно мёртвый разрез глаз. Присутствующий здесь же преподаватель с кафедры артефакторики тут же зарисовывал угольком портрет с её слов, улавливая каждое уточнение. Также поступили и с артефактом, который был источником фиолетового дыма.

​Альдо сидел чуть поодаль. Он хранил ледяное молчание, лишь изредка подтверждая хронологию событий, но когда Лика заговаривала о деталях, его внимательный взгляд сканировал лицо ректора, подмечая малейшее движение его мускулов. Сама же Аделика, ловя редкие взгляды Сартори, внутренне сжималась, вспоминая его ночные слова.

​К вечеру, когда приглашённые магистры поочерёдно проверили все закрытые архивы, списки личного состава, городскую картотеку наёмников и даже древнюю фолиант-книгу, содержащую имена всех прошлых адептов за последние полвека, ректор лишь растерянно развёл руками. Портрет на столе казался чужаком, призраком. Выяснилось, что человека с такими приметами никто, никогда и нигде вообще не видел в этих землях. Ни один пограничный артефакт не фиксировал его прибытия, ни одна гильдия не знала этого лица. Он словно появился из ниоткуда, соткавшись из ночного тумана, и бесследно исчез обратно сразу после провала операции.

​Возвращаясь с допроса по опустевшим, погруженным в сумерки галереям, Лика чувствовала, как внутри неё тяжёлым камнем зреет глухая, удушающая тревога. Защитные чары, которыми она так гордилась, больше не приносили ощущения безопасности. Враг оставался невидимкой, идеальным призраком, способным обойти любые ловушки и подпилить тросы прямо у её дверей. По спине проскакивал мороз от мысли, что этот безликий убийца, возможно, прямо сейчас провожает её взглядом из какого-нибудь тёмного угла.

​И единственное, что теперь могло вернуть ей контроль над собственной жизнью и защитить от неминуемого третьего удара, — это те самые тренировки, к которым они с Альдо, по молчаливому согласию, должны были приступить в самое ближайшее время. Конфликт убеждений отошёл на второй план; теперь это был вопрос выживания.

Раннее утро встретило академию прохладой и тягучим туманом. Полигон был абсолютно пуст, Лика пришла туда первой — ей остро хотелось побыть в тишине и морально подготовиться к первому занятию. Как же давно она не оказывалась в роли адептки! Несмотря на постоянное повышение квалификации и самостоятельное изучение сложных защитных структур, учиться у кого-то другого, да ещё и упрямому практику, казалось чем-то непривычным и волнительным.