Книга Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад..., страница 81 – Тамара Шатохина

Шворкали там деревянными башмаками по чисто вымытым полам и трусили вшами.

Бессильно упав опять на постель, я тускло как-то соображала – прямо сейчас терялся еще и смысл наших с Аннет усилий, вложенных в чистоту дома. Хотя если правильно наладить работу и ввести новые правила, строго указав на то, кто в доме хозяйка…

Хорошо – в комнате всегда стоял кувшин с питьевой водой и таз для умывания. Раньше я начинала свой день иначе – быстро одевалась в удобную одежду и шла на задний двор к бочке – умывалась и чистила там зубы тряпочкой, намотанной на палец. Потом уносила подальше от дома, в специально выкопанную Саем ямку содержимое ночного горшка. Полоскала его на обратном пути, мыла с мылом руки и шла на кухню готовить завтрак. Все проходило почти привычно уже, нормально.

Но я понимала, что погода может испортиться или настанут холода (хотя так далеко загадывать не хотелось) и умываться в комнате станет удобнее. Как и сейчас вот… Закончив с гигиеническими процедурами, я натянула на себя обношенный уже вчерашний наряд – насаждать свою власть нужно было во всеоружии. Просто уважительного отношения к хозяйке мне было мало. В идеале, нужно бы заставить слуг не просто слушаться, но и побаиваться Джейн, как человека, обладающего настоящей властью. Выглядело нормально, когда отряд Ризли подчинялся ему беспрекословно – с полуслова и полувзгляда. Так же, по моему разумению, должны были вести себя и слуги.

И хрен вам…

Упакованные в фартуки, почти полностью закрывающие их платья и в полностью скрывающие волосы большие чепцы женщины и жутковатого вида мужики в почти привычных для меня одеждах (без пуфиков), действительно – на миг замирали, увидев меня, но потом, чуть присев или качнув головой, неслись по своим делам дальше. Никто не подходил, не здоровался и не просил указаний.

Значит, здесь был еще кто-то, кто их раздавал.

Здоровую бабищу и мужичка, вполовину меньше нее я нашла на кухне… опять засыпанной соломой по косточки. Я стояла в дверях и смотрела, как ловко женщина ворочает корзины и раскладывает на столе тушки кур и молочных поросят. Возле стояли ведра с яйцами и чем-то еще…

— Миледи, дайте-ка пройти, - скомандовали сзади и я на автомате посторонилась. Мужик с подвязанными веревкой портками внес на кухню широкий поднос с бортиками и высокими белыми хлебами на нем. Бесподобно запахло, потянуло теплым хлебным духом. А бабища оглянулась на меня и спокойно присела в коротком книксене.

— Миледи…

И сразу же опять отвернулась к столу. Мужик смотрел на меня чуть дольше и даже заулыбался, но потом улыбка потихоньку покинула его лицо. Я пристально изучала ее и его тоже.

Мужик был сухоньким и вертким. Черты гладко выбритого лица были достаточно приятными, а взгляд – острым и внимательным. И как-то пришло в голову, что если он допущен до денег, то стопроцентно – ворует. Я не сильна была в физиогномике, но здешние лица… как бы это выразить? Они отличались незамысловатым выражением, главные личностные приметы особенно не скрывая. Аннет была очень простой, Сай – надежным, Ризли – авторитарным, Адер… о нем я еще погодила бы судить. А мужик на кухне был хитрым и вороватым еще и потому, что хлеба на лотке – пышными и белыми, а не серыми и плотными, как те, что поставлялись для Джейн. Баба же… баба была сильной, мужиковатого вида и судя по всему – именно тем человеком, который раздавал слугам указания.